Рудольф Штайнер. Экскурсы в Область Евангелия От Марка. 12-я лекция, часть 1

Posted on 28th Июль 2017 in — БИБЛИОТЕКИ И ГАЛЕРЕИ

Ганновер, 18 декабря 1910 г.

На протяжении ряда лет в ходе развития нашей немецкой секции, мы говорили о глубинных основах Евангелий от Матфея, Луки и Иоанна; и кое-что из того, что следует сообщить о тайнах христианства, будет излагаться также и здесь, в Ганновере. (От этих лекций остались весьма скудные записи, а от некоторых их не осталось вообще). Вы увидите, что каждое Евангелие позволяет проникнуть в христианскую весть своим особенным образом. Когда хотят приблизиться к пониманию христианства, опираясь на Евангелие от Марка, то, пожалуй, еще в большей степени, чем в случае других Евангелий, здесь необходимо принять вполне определенное предварительное условие. Нам следует целиком и полностью погрузиться в тот характерный способ выражения, который использовался людьми в ушедшие эпохи человеческого развития. Укажем лишь на один факт.

В первую очередь древнееврейский язык открывает своим способом выражения бесконечный смысловой горизонт. Те, кто из мюнхенского лекционного цикла, посвященного тайнам сотворения мира, узнал, насколько необходимо давать перевод отдельных слов, чтобы понять суть шести или семи дней творения, — те почувствуют, как необходимо эти документы древних эпох, так сказать, творить заново, отправляясь от духа самих вещей. Важно именно это, в еврейском языке с гласными и согласными обращались не так, как сегодня. Когда еврейский язык указывал на то, что человек видит вокруг себя, то это выражалось с помощью согласных. Гласные обозначались одними точками, ибо они выражали то, что живет в душе, — выражали все внутреннее. Гласные еврейский язык использовал для всего того, что был внутренним переживанием, согласные — для того, что было внешним видом, в который живо вчувствовались.

Также и в случае греческого языка в те древние времена со словом было связано некое однозначное указание на сверхчувственную реальность, так что когда высказывалось то или иное слово, состоящее из определенных звуков, то каждый человек знал, что он должен вызвать в своей душе некую полную сумму представлений, которая для каждого слова была совершенно иной, чем для другого слова. В немногих словах можно было высказать чрезвычайно много, поскольку все это взаимодействовало. И об этом нам надо в особенности вспом¬нить в случае Евангелия от Марка. Здесь не следует держать¬ся за каждое слово: мы не сможем проникнуть в мистерии и тайны Евангелия от Марка через одни слова. Здесь мне хотелось бы сделать несколько замечаний. Язык был раньше средством выражения для душевно-духовного. В наше время он стал средством выражения для абстрактного мышления, которое далеко отстоит от живого образного мышления; только это последнее может указывать на духовные миры. Чтобы нам вновь прийти к такому живому мышлению, выразительные средства нашего языка вновь должны сделаться живыми. Но язык стал обывательским, педантичным и пригодным для одних абстракций.

Все то живое, что посредством слов возводит в высшие области и соединяет души с тайнами Вселенной, было полностью утрачено. И тут мне хотелось бы упомянуть о том, как в розенкрейцерской мистерии было положено начало тому, что должно оживить язык. Здесь иногда важны незначительные оттенки выражения. Ведь наш язык груб, неуправляем, и приходится с ним бороться, чтобы выразить тонкости духовной жизни. Поэтому я попытался, используя язык, намекнуть на тайны бытия. В мистерии-драме «Врата посвящения» была предпринята попытка выразить иными средствами то, что нельзя сказать с помощью слов. Некий человек стремится к первой ступени посвящения. Он стремится к тому, чтобы в его душе послышались духовные звуки. В этой драме изображено то, что проделывает Иоанн. Ради развития своей души он погружается в глубокие душевные переживания. Наконец после горчайших и одновременно великих, могущественных душевных переживаний он достигает духовного мира — Девахане, и там его вводят в творческую жизнь элементарных существ Девахана.

Если выразить с помощью слов тайны творческой жизни элементарных существ, то непременно получится абстрактный, грубый смысл. И тогда я попытался представить это так: живые личности выражают эти тайны посредством их собственного существа, — как если бы свет и тьма пронизывали друг друга. Таким образом я попытался намекнуть с помощью тайн Вселенной на собственное творчество слов и звуков. Благодаря этому кое-что сделалось доступным для слуха, — то, что звучит абстрактно, будучи выраженным в современных словах. Надо прислушиваться к звучанию слов, — ведь каждый звук стоит на нужном месте. Надо чувствовать то место, которому звук соответствует, и то, которому он не соответствует. Это нечто вроде духовной алхимии. И можно намекнуть на совместное творчество духовных сил во Вселенной с помощью подобных средств. Мария вместе со своими спутницами Филией, Астрид и Лу¬ной встречают Иоанна в Девахане. Филиа — это поэтический образ души ощущающей; поэтому в ее имени дважды звучит «и» и один раз «а». Луна — это выражение души сознательной, поэтому в ее имени одно «у» и одно «а». Астрид выражает рассудочную душу или душу характера, и в ее имени вначале стоит «а», затем «и».

Таким способом многообразное содержание выражается лучше, чем с помощью слов. Если бы для этого пробудилось соответствующее чувство, то мне больше не нужно было бы говорить о многих вещах. Но о том, что это означает, приходится догадываться: здесь стоит «у» — и нужно ощутить глухую глубину «у», а затем ясность «и» вместе с удивлением от втекающих в душу слабых намеков «аи» или «эй». Таков другой способ понимания, нежели тот, который осуществляется с помощью слов. Язык с его звуками — воистину весьма удивительный инструмент. Он гораздо разумнее, чем люди, и мы поступали бы хорошо, прислушиваясь к его мудрости. Но люди склонны к тому, чтобы портить его. И если мы вообще хотим понять ушедшие эпохи с помощью характерного для них способа выражения, нам надо переместиться в то, что жило в душе тогдашних людей. Если мы просто раскроем Евангелие от Марка на первых строках, то сразу ощутим потребность думать именно таким образом о языке с его тайнами. В лютеровском переводе, в большинстве случаев наилучшем (перевод Вайцзекера гораздо хуже), приведена выдержка из Исайи: «Вот, Я посылаю Моего Ангела пред Тобою, который приготовит Тебе путь. Голос проповедника в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте Его стези!»

Хотелось бы думать, что читающий это место честный человек сознается: «Я не могу справиться с этим местом.» Чтобы понять его настоящий смысл, необходимо с помощью духовной науки проникнуть в то, что должно было произойти (в смысле пророка Исайи, посвященного в эти вещи) благодаря палестинским событиям и Мистерии Голгофы. Ведь в наше время уже считается невозможным действительное существование людей, которые могут сообщать сведения о важнейших импульсах мирового развития. В наше время это не допускается. Отсюда — гротескные толкования Апокалипсиса, когда утверждают, что составитель Апокалипсиса уже пережил те события, которые он описывает. Говорят об объективном исследовании, однако с самого начала делают такое предположение: никто не вправе знать того, чего ты сам не знаешь. Но пророк Исайя хочет в этих словах выразить то, что он знает благодаря своему посвящению. Он хочет сказать следующее: в развитии человечества наступает то, что имеет для всего его развития выдающееся, фундаментальное значение.

Почему он (а также все прочие посвященные) считал это событие, на которое он указывал, столь значительным? Он правильно смотрел на развитие человечества, и знал: прежде люди обладали элементарным ясновидением, их взгляд проникал в духовные миры, они умели применять для созерцания свое астральное тело. Но затем это астральное тело утратило свою способность к созерцанию и помрачилось. Однако прогресс человечества состоял в том, что оно утрачивало эту ясновидческую способность астрального тела. Для этого оно должно было все больше развивать свое «я». Из посвятительного знания Исайя мог бы сказать: «Но люди будут тогда говорить только о своем «я», и пока это «я» не заполнит Христос, оно ограничено в мире тем, что человек в состоянии постигать только через физический план с помощью внешних чувств и рассудка. Мир духа покинет людей. Но затем им предстоит утешение. Придет Христос, и эти души все больше будут пронизываться импульсом Христа, так что они снова смогут созерцать духовный мир. «Однако прежде чем они испытают это, их астральное тело потемнеет.»

Физическое тело человека было впервые заложено на Сатурне; на древнем Солнце произошла закладка его эфирного тела, на древней Луне — астрального тела, а «я» начало развиваться на Земле. Пока ясновидческая сила астрального тела не исчезла, пока оно не помрачилось, это «я» было сперва вынуждено действовать во мраке. До начала земного (в собственном смысле) развития происходило некое повторение лунного развития. Так человек развил свое астральное тело, и в этом астральном теле жил и действовал в образной форме весь мир. Итак, до данного момента происходило повторение лунного развития. Затем начало вмешиваться «я», и Исайя говорит: «Я» все крепче утверждается на Земле.»
На древней Луне также имелись существа, обладавшие человеческой природой, — как на Солнце и на Сатурне. На Земле человеком является сам человек. На Луне человеком был Ангел, и земной человек выступает как преемник Ангела в отношении человечества, подобно тому как предшественник человека на Земле готовил то, что должно было происходить с человеком.


В астральное тело должна вступить ангельская природа, прежде чем туда сможет вступить «я». Подготовка земной миссии человека осуществлялась через Ангела — предшественника человека. Поэтому в определенное время Ангел вмешался в человеческую природу. При некоторых условиях земной человек может быть Майей. Его душой пользуется некое более высокое существо. Человек на самом деле таков, каким он предстоит перед нами, и однако он может служить оболочкой для другой сущности. И вот действительно произошло следующее: та же самая индивидуальность, которая некогда была Илией, а перевоплотившись, явилась как Иоанн, восприняла в себя ангельскую природу, которая выражалась через нее. Такой процесс совершается в моей мистерии-драме «Врата посвящения» (Третья картина).: через Марию действует другая сущность.

Из нитей, что спрядает Карма,
В миров далеких становлении,
Образовался узел здесь.
Твои страданья, о подруга,
Сплели тот узел судьбоносный,
Богов деянья, жизнь людей в нем вместе свиты.

Деяния богов переплетаются с жизнью людей, формируя человеческую судьбу. Так и в Иоанне Крестителе деяние неба соединилось с человеческой судьбой. Божественное существо, ангельское существо действовало через него. То, что он совершал, оказывалось возможным только благодаря тому, что человек Иоанн был Майей, а внутри него жило некое существо, которое должно было возвестить о Том, Кто станет земным человеком. И если мы хотим верно перевести эти слова, то нам следует вчувствоваться в то, что в них действительно выражается: «Внемлите: «Я», Которое должно явиться в человеческом существе, посылает перед «Я» подготавливающего это событие Ангела.» Здесь подразумевается тот Ангел, который жил в личности Иоанна Крестителя. Подразумевается именно он, и все теософское учение об Ангелах заключено в следующем: лунные посвященные должны готовить земные посвящения.

Вглядимся теперь в человеческую природу, какой она делалась постепенно в ходе развития по мере приближения Мистерии Голгофы. Подумайте о том, что могли чувствовать люди, обращавшие взор назад, в те древние эпохи, когда астральное тело умело ясновидчески глядеть в духовный мир; затем оно становилось темней и темней. Люди могли это воспринимать от инкарнации к инкарнации. Они говорили себе: раньше, когда они хотели что-то воспринять в духовном мире, их астральные тела начинали блестеть и светиться. Затем это постепенно прекратилось, астральное тело потемнело. А затем внутри человека воцарилось мрачное одиночество, пустыня… И тогда в душе человека послышался некий голос, зов тоски по Господину человека, по «я», — голос, призывающий «я» вселиться в человеческую душу. Это чувствовалось в слове кнсйпт, которое переводят плоским словом «гос¬подин». Тогда чувствовали, что душа состоит из трех сил: мышления, чувствования и воления. Затем наступило время, когда должно было быть воспринято «я»… Именно это хотел выразить Иоанн словами: «Приготовьте путь Господу! Сделайте прямыми Его стези!»

Итак, в изречении Исайи в начале Евангелия от Марка вы имеете все премудрое руководство человеческим развитием по направлению к Мистерии Голгофы. И одновременно в этом изречении Исайи нам сказано об Иоанне то, что мы о нем знаем. Я говорил о том, какими свойствами он должен был обладать для того, чтобы он смог воспринять в себя Ангела. Для этого требовалось некое посвящение. Посвящение, которое требовалось для этого, одновременно сообщало такому человеку способность указывать другим людям: теперь действительно наступило время прихода «я». Это мог произнести тот посвященный, который был посвя¬щенным Водолея в смысле древнего языка инициации. Великие тайны духовного мира, в которые люди втягивались благодаря инициации, обозначают с помощью языка небес. Если хотят выразить то, что происходит с человеческой душой при посвящении ее в великие мистерии, следует выбрать опреде¬ленное письмо небес. Человеческими словами этого выразить нельзя. И тогда говорили: наверху, на небе, в определенных отношениях между собой расположены звезды. Когда мы созерцаем их и из их взаимоотношений создаем формы выражения, тогда мы оказываемся в состоянии выразить те тайны, которые человек встречает при подобной инициации.

Люди всегда взирали вверх на великого Аура Маздао, — все равно, какими именами они наделяли его в различных культурах. Они взирали вверх на божественное Существо и на Его иерархию на Солнце. Христос — великий Дух, главное Существо Солнца. Имеется двенадцать различных способов посвящения в солнечные мистерии, и это вряд ли возможно выразить земными словами. Но когда мы учитываем то, как Солнце располагается перед неким созвездием, посылая свои лучи через него Земле, и каково его расположение по отношению к другим звездам небес, — тогда мы обладаем своеобразным письмом, которое помогает выразить следующее: этот че¬ловек таким образом посвящен в солнечные мистерии, что мы имеем в его лице посвященного Водолея.

Представим себе семерых святых Риши. Они были посвящены в солнечные мистерии таким способом, что символом их посвящения для нас служит расположение Солнца в созвездии Тельца. То, что мы видим на небосводе, когда Солнце находится в созвездии Тельца, фактически передает мистерию своеобразного посвящения Риши, и это посвящение действовало через семерку личности святых Риши. Это выражается в том, что с того же самого места можно видеть свет Плеяд, созвездия из семи звезд. Это то место, в котором вся наша солнечная система вошла в нашу Вселенную. Итак, различные виды посвящения в солнечные мистерии можно выразить, взяв для этого формы выражения из того, как солнце располагается в созвездиях.

Посвящение Иоанна было посвящением Водолея; оно выражалось через пребывание Солнца в созвездии Водолея. Чтобы это немного осмыслить, вспомним о том, что на световой стороне Зодиака располагаются Овен, Телец, Близнецы, Рак, Лев, Дева, наконец Весы. Затем идут созвездия, расположенные на зимней или ночной стороне Зодиака: Скорпион, Стрелец, Козерог, Водолей и Рыбы. Водолей и Рыбы располагаются на зимней, или ночной стороне Зодиака. Что это означает? Солнечные лучи, падая, проходят не только через физическое пространство: духовный свет Солнца, проходящий через Землю, пронизывает пространство духовное. Посвященные Водолея получили эти свои имена, ибо они были способны совершать водное крещение; подчинившись тому, что подавало им эту духовную силу Солнца, они погружались с ней под воду.

ЗАДАТЬ ВОПРОС >>>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Comment

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>