Вечерние беседы в храме Токайдзи 

Posted on 13th Февраль 2020 in ИНТЕРЕСНОЕ И ПОЛЕЗНОЕ
Письма мастера дзэн мастеру фехтования.

— «Тайное писание о непоколебимой мудрости»
— «Ясное звучание самоцветов »
— «Хроники меча Тайа»
— Предания о Такуане
—  Вечерние беседы в храме Токайдзи 

Предисловие
 
Такуан Сохо был дзэнским монахом, каллиграфом, художником, поэтом, садовником, 
мастером чайной церемонии и изобретателем рецепта квашения редиски, который 
носит его имя и популярен в Японии вплоть до настоящего времени. Сочинения 
Такуана на японском языке составляют шесть томов. В наши дни их читают с таким 
же интересом, как и три с половиной века назад, находя в них источник 
вдохновения для изучения боевых искусств, а также для любой другой деятельности,
в которой важна целостность восприятия, решительность и спонтанность. Предание 
гласит, что Такуан был учителем непобедимого мастера меча Миямото Мусаси, 
написавшего на исходе жизни широко известный у нас и на Западе трактат о 
стратегии «Книга пяти колец».
 
Трактаты были написаны собственноручно Такуаном. Два из них представляют собой 
письма, обращенные к мастерам боевых искусств того времени. Так, «Тайное 
писание о непоколебимой мудрости» (Фудотисинмёроку) было адресовано наставнику 
сёгуна Иэмицу, мастеру меча Ягю Мунэнори Тадзима-но-ками, а «Хроники меча Таиа» 
(Таиаки) были написаны для Оно Тадааки, возглавлявшего школу фехтования Итто.
Трактаты и наставления обращены к представителям сословия самураев. В них 
известный дзэнский мастер прослеживает глубинное единство дзэн и меча. 
Характеризуя трактаты в целом, можно сказать, что в «Тайном писании о 
непоколебимой мудрости» говорится не столько о технике, сколько о состоянии 
сознания воина, о том, что он должен делать, чтобы сохранить целостность в 
тяжелых условиях реального поединка. В «Хрониках меча Таиа» делается акцент на 
психологических аспектах поединка. И наконец, трактат «Ясное звучание 
самоцветов» посвящен исследованию фундаментальной природы человека, умению 
различать подлинное и иллюзорное, ответу на вопрос, когда и как следует умирать.
 
 
«Тайное писание о непоколебимой мудрости», несомненно, занимает центральное 
место среди сочинений Такуана. Непоколебимой мудростью в данном случае 
называется спокойствие воина, достигшего совершенства в своем искусстве. 
Отметим, что речь идет не о бесчувственности, а об освобожденности, 
пространственности восприятия, о невербальном присутствии в сознании всего 
происходящего одновременно без фиксации внимания на отдельных его деталях и 
сопутствующих им мыслях. Несколько упрощая проблему, можно сказать, что Такуан 
призывает воина избавиться от привычки искать выход из затруднения на 
мыслительном уровне и научиться в критический момент проявлять спонтанность.
Искусство меча существовало в Японии в течение многих веков, тогда как дзэн был 
привезен из Китая в XII веке, но только в мировоззрении Такуана искусство меча 
и просветление дзэн впервые сходятся воедино. «Путь меча и Путь дзэн — одно» — 
эта мысль содержит в себе квинтэссенцию всего учения Такуана. Можно сказать, 
что основное в трактатах Такуана — это не искусство побеждать противника и даже 
не умение оставаться бесстрастным при любых обстоятельствах. В центре внимания 
автора, который пишет о боевых искусствах, находится просветление, другими 
словами, достижение таких уровней восприятия, на которых человек выходит за 
пределы расхожих интерпретаций реальности и постигает ее такой, какая она есть.
Прозрения в тайны человеческого духа, изложенные Такуаном, оказывали и 
продолжают оказывать существенное влияние на практику боевых искусств, в 
частности, на кэндо — искусство поединка на мечах, которое в значительной мере 
отражает отношение японцев к жизни в целом. Трактаты Такуана в настоящее время 
считаются классическими как в дзэн, так и в кэндо. Они породили целую традицию 
литературы по боевым искусствам.
 
«Тайное писание о непоколебимой мудрости»
О бедственном положении тех, кто пребывает в неведении. 
 
Слово неведение подразумевает отсутствие просветления, другими словами, 
заблуждение. Слово пребывать означает место, в котором ум останавливается. 
Практика буддизма включает пятьдесят две стадии, и в пределах каждой из них 
место фиксации ума называется местом пребывания. Пребывание означает остановку ума, а остановка ума подразумевает, что сознание задерживается на каком-либо объекте. 
 
Выражаясь в терминах боевого искусства, рассмотрим такую ситуацию. Вы внезапно 
замечаете меч, занесенный над вами. Если вы задумаетесь о том, что произойдет, 
когда этот меч вонзится в вас, ваш ум остановится на приближающемся мече, ваши 
движения будут скованы, и противник одолеет вас. Вот что такое остановка ума.
Предположим теперь, что вы видите меч, движущийся в вашем направлении, но ваше 
сознание не задерживается на нем, а следует за движением меча. Вы не думаете о 
том, как сразить противника. В вашем уме вообще отсутствуют какие-либо мысли и 
суждения. Если в тот миг, когда противник замахивается мечом, ваш ум ничем не 
скован, вы сможете быстро подскочить к противнику и выхватить меч у него из рук.
В этом случае вы не только овладеете мечом, который чуть было не сразил вас; 
вы сможете сразить им противника. 
 
О том, кто действует так, в дзэн говорят «Он перехватил копье и пронзил им 
нападающего». Копье — это также оружие. Суть здесь в том, что меч, который вы 
отнимаете у врага, становится мечом, который сражает его. Вот какой меч в вашей 
традиции называется не- меч. Что бы вы ни осознали — нападение противника или 
ваш выпад в его сторону, движение человека, наносящего удар, или меч, 
занесенный над вами, положение вашего тела или ход поединка — если ваш ум хоть 
каким-то образом задержался на этом, ваши движения будут скованы, а значит, 
противник может вас победить. Когда вы видите перед собой противника, он может 
приковать к себе ваше внимание, и тогда ваш ум остановится на нем. 
Не следует также фокусировать внимание на себе. Воин сознательно следит за 
своим телом только в самом начале обучения, изучая новые движения. Внимание 
может оказаться прикованным к мечу, и тогда ваш ум остановится. Если вы следите 
за ритмом поединка, это также может сковать ум. Если вы замечаете движения 
своего меча, ваш ум может привязаться К ним. Стоит лишь вашему уму остановиться 
на чем-то одном, как вы утрачиваете ловкость и становитесь пустой ракушкой. 
Подумав, вы обязательно припомните такие случаи. Эти вопросы тесно связаны с 
буддизмом. В буддизме мы называем такую остановку ума заблуждением. 
 
Непоколебимая мудрость всех будд. 
 
Слово непоколебимая подразумевает отсутствие движения. Слово мудрость означает 
мудрость разума. Хотя говорят, что мудрость не движется, это не означает, что 
она лишена жизни, словно бревно или камень. Мудрость движется туда, где 
сосредоточено внимание: вперед или назад, влево или вправо, в десяти 
направлениях и в восьми точках. Если же внимание нигде не останавливается, 
говорят, что УМ наделен непоколебимой мудростью. 
Фудо Мео сжимает рукоять меча правой рукой и держит веревку в левой. Он скалит 
зубы, а глаза у него пылают от гнева. Его грозный облик возвышается над миром. 
Он готов сокрушить всех врагов буддистского Закона. От его возмездия нет 
спасения нигде. Он является защитником буддизма и воплощает в себе 
непоколебимую мудрость. Вот каким он предстает взору живых существ. Внешний вид 
Фудо Мёо нагоняет страх на обычных людей, после чего они не могут даже в мыслях 
представить себя врагами буддизма. Человек, близкий к просветлению, понимает, 
что внешний вид этого существа устраняет иллюзии и символизирует непоколебимую 
мудрость. Злые духи не властны над человеком, который проявляет непоколебимую 
мудрость и физически практикует то, что воплощает в себе Фудо Мёо. Вот в чем 
послание Фудо Мёо. 
 
Считается, что Фудо Мёо олицетворяет непоколебимый ум и несокрушимое тело. 
Несокрушимое означает такое тело, для которого нет препятствий. Видеть перед 
собой что-то и не позволять вниманию фокусироваться на нем — вот что такое 
непоколебимость. Ведь как только ум остановился, рождаются мысли, и в сознании 
воцаряется хаос. Когда хаос рассеивается, и мысли исчезают, остановившийся ум 
снова приходит в движение, но при этом пребывает в покое. Если десять человек, 
вооруженных мечами, приблизятся к вам, размахивая своим оружием, и вы по 
очереди отразите каждый меч, не позволяя уму остановиться ни на одном из 
противников, ваши действия будут безупречными от начала и до конца. Хотя вы при 
этом действуете десять раз против десяти человек, ваше внимание не 
задерживается ни на одном из них. Если при этом вы уверенно отражаете один за 
другим удары ваших противников, разве вас можно в чем-то упрекнуть? 
Но, предположим, ваш ум остановился на одном из нападающих.
В этом случае, даже если вам удастся парировать удар его меча, когда 
приблизится следующий противник, вы будете скованы и не сможете совершить 
безупречное действие. 
 
Принимая во внимание, что у бодхисаттвы по имени Каннон тысяча рук и только 
одно тело, если ум этого существа остановится на одной из рук, например, той, 
которая держит лук, остальные девятьсот девяносто девять окажутся бесполезными. 
Каждая из рук выполняет свою функцию лишь потому, что ум не задерживается ни в 
одном месте. Почему у этого существа одно тело и целая тысяча рук? Такая форма 
выбрана, чтобы показать, что если непоколебимая мудрость пробуждена и 
проявляется в действиях, даже если тело имеет тысячу рук, каждая из них будет 
работать надлежащим образом. Если вы сосредоточите внимание только на одном из 
листьев дерева, которое вы видите перед собой, вы не увидите всех остальных. 
Если же ваш глаз не привязан ни к одному конкретному одному конкретному листу, 
и кроме этого дерева ничто не занимает ваш ум, вы будете видеть все листья 
сразу, сколько бы их ни было. Если же ваш взгляд прикован к одному листу, 
других листьев словно вообще не существует. 
 
Человек, который это постиг, не отличается от бодхисаттвы по имени Каннон с 
тысячей рук и тысячей глаз. Обычный человек просто верит в то, что бодхисаттва 
блажен, потому что от рождения наделен тысячей рук и тысячей глаз. Человек 
половинчатой мудрости, удивляясь, как у существа может быть тысяча глаз, 
назовет это ложью и станет жертвой заблуждений. Но если человек обладает более 
глубоким пониманием, его вера будет основываться на знании этого принципа, и у 
него не будет нужды в простой вере неуча или в заблуждении того, кто облечен 
знанием. Он понимает, что в этом проявляется самая суть буддистского учения. 
Такова суть всех религий. 
 
Я имел возможность убедиться, что больше всего это справедливо в отношении 
религии синто. Обычный человек мыслит поверхностно. Человек, выступающий против буддизма, вообще заблуждается. Религии различны, но в своих самых сокровенных проявлениях все они сводятся к единому пониманию. Если в результате практики учения человек проходит весь путь от убеждений начинающего до непоколебимой мудрости, он при этом словно возвращается в исходную точку, на уровень начинающего. Это также имеет обоснование. 
Здесь мы снова можем говорить в терминах вашего боевого искусства. Когда начинающий не знает ничего о положении тела и движении меча, у него также нет представлений о том, к чему его ум может привязаться. Если в таком состоянии начинающему нанести удар мечом, его ум просто не успеет ни на чем остановиться. 
Когда же человек изучил какую-то технику и знает, что такое правильная стойка, как нужно держать меч, и на что нужно направлять ум, его ум останавливается во многих местах. При этом прежде чем нанести противнику удар, он должен многократно все взвесить. Но позже, после многих лет усердной практики, ни положение тела, ни движение меча больше не занимают его внимания. Его ум становится таким, каким он был в самом начале, когда этот человек еще не владел техникой и должен был изучать все элементы один за другим. 
Таким образом, мы приходим к выводу, что конец во многом подобен началу. 
Подобно этому можно считать от единицы до десяти, а затем начинать счет заново. В результате числа первое и последнее оказываются соседними. В других случаях, например, при исполнении музыкальной гаммы, когда человек переходит от последней ноты снова к первой, низшее и высшее также идут одно за другим. Мы говорим, что высшее и низшее подобны друг другу. Буддизм, когда вы постигаете его глубины, возвращает вас к состоянию, в котором вы были, когда не знали ни о Будде, ни о буддистском Законе. В нем нет ни поэтичных высказываний, ни мудрых изречений, которыми можно привлечь внимание людей. Неведение и суровые испытания в начале практики, а также спокойствие и непоколебимая мудрость в конце сливаются в одно. На уровне непоколебимой мудрости нужды в мыслящем разуме больше нет, и человек погружается в состояние не- сознания- не-мысли. Когда он достигает глубочайшей точки, руки, ноги и тело знают, что нужно делать, но ум не имеет к этому никакого отношения. Буддистский священник Буккоку писал: 
 
Сознательно ни зачем не следя 
Пугало в горном поле стоит не напрасно 
Всё остальное подобно этому. 
 
Чтобы изготовить пугало для горного поля, делают фигуру человека, который держит в руках лук и стрелы. Птицы и звери видят его и убегают. И хотя у пугала нет никаких намерений, олень не подойдет к нему близко. Так пугало выполнят свое назначение, и поэтому говорят, что оно стоит в горном поле не напрасно. 
Этот пример показывает нам, каково поведение людей, достигших совершенства на любом Пути. Хотя их руки, ноги и тело движутся, ум не останавливается ни на чем. Такой человек вообще не знает, где пребывает его ум. Он живет в состоянии не-
сознания- не- мысли. Он достиг уровня пугала в горном поле. 
 
Не нашедший своего пути к просветлению обычный человек изначально чужд непоколебимой мудрости, и она не придет к нему. Высшая мудрость, пребывающая в самых удаленных местах, не откроется ему ни при каких обстоятельствах. 
Недалекий мирской человек, который думает, что все знает, снимает свою мудрость с макушки головы, а это по меньшей мере смешно. Мировоззрение многих нынешних буддистских священников также может быть представлено в таком свете. Это постыдно. Можно изучать принцип. Можно изучать технику. Принцип таков, как я объяснил: когда вы его постигли, ваше постижение незаметно. Со стороны кажется, что вы вообще отказались от концентрации внимания. Мы уже обсуждали это на примере пугала. Но если вы не изучаете технику, а лишь заполняете себя принципом, руки и ноги у вас не будут работать. 
В вашем боевом искусстве изучение техники — это тренировка тела. Если вы тренируетесь самоотверженно, пять положений тела станут для вас одним. Чтобы быть совершенным мастером боевых искусств, даже если вы овладели принципом, вы должны достичь полной свободы в использовании техники. Если же вы не постигли глубинные аспекты принципа, то хотя вы и владеете мечом в какой-то мере, вы не достигнете вершин мастерства. Техника и принцип напоминают два колеса одной телеги. 
 
«Ясное звучание самоцветов » 
 
Мы ничем не дорожим больше, чем жизнью. Каким бы человек ни был, богатым или бедным, если он не прожил долгую жизнь, он не выполнил своего назначения. Однако продлить свою жизнь невозможно. Даже если кто-то потратит на это все свои деньги и драгоценности, он не сможет этого сделать. 
Говорят также, что жизнь ничего не стоит в сравнении с праведностью. Воистину больше всего люди ценят в жизни именно праведность. Жизнь — самое ценное, что у нас есть. Но поскольку, отстаивая праведность, мы подчас отказываемся от столь ценимой нами жизни, нет ничего достойнее праведности. 
Присматриваясь пристальнее к миру, мы видим, что есть много людей, которые легко расстаются с жизнью. Но, как вы думаете, найдется ли из тысячи один, который умрет за праведность? Вопреки нашему ожиданию, среди смиренных слуг многие пойдут на это. Однако людям, которые почитают себя мудрыми, нелегко отважиться на такой шаг. 
Как-то погожим весенним днем я размышлял об этом, произнося отдельные мысли вслух, и тогда один из присутствующих обратился ко мне со словами:
— Хотя имущество может глубоко порадовать душу, наше самое большое богатство — жизнь, Поэтому, когда приближается последний миг, человек готов отказаться от всего, что у него есть, лишь бы сохранить себе жизнь. Однако зная, что найдутся люди которые не задумываясь расстанутся со столь ценимой всеми жизнью во имя праведности, нетрудно попять, что праведность дороже самой жизни. Желание, жизнь и праведность — из этих трех разве не праведность люди ценят превыше всего? 
— Рассматривая желание, жизнь и праведность, — отвечал я, — нет ничего удивительного в том, что мы больше всего ценим праведность. Но сказать, что все люди, без исключения, отдают предпочтение праведности, было бы ошибкой. Редко встретишь человека, который, отдавая должное жизни и желанию, никогда бы не изменял праведности в своих мыслях.
— Богатство — жемчужина жизни, — продолжил мой собеседник. — Без жизни богатство бесполезно, поэтому жизнь ценнее богатства. Однако многие легко расстаются с жизнью во имя праведности.
— Правда ли, что многие люди с готовностью рискуют жизнью во имя праведности?спросил я.
— В этом мире много таких, которые не могут вынести оскорбления, — ответил мой 
собеседник, — и поэтому когда их оскорбили, не задумываясь вступают в поединок 
и легко расстаются с жизнью. Это пример того, как следует ценить праведность и 
относиться к жизни легко. Это пример смерти за праведность, а не за богатство 
или жизнь. Или давайте посмотрим на тех, кто пал в бою; таких не счесть. Все 
они умерли за праведность. Имея это в виду, можно сказать, что все люди ценят 
праведность выше желания и жизни. 
— Смерть человека, который был уязвлен оскорблением, лишь напоминает смерть и праведность, — возразил я. — На самом деле это лишь мгновенная безрассудность того, кто ослеплен гневом. По праву мы должны были бы назвать такую смерть
безрассудной и не более. Такой человек отступил от праведности еще до того, как 
его оскорбили. Именно поэтому оскорбление уязвило его. Если в отношениях с 
людьми человек руководствуется только праведностью, то невозможно оскорбить. 
Если же человека оскорбили, это значит, что он утратил праведность еще до того, 
как это случилось. 
 
Праведность очень важна. По сути, праведность — это Закон неба, дающий всему жизнь. Когда праведность входит в тело, ее называют природой человека. В других случаях ее называют добродетелью, правдивостью, человечностью и Путем. Хотя обозначение меняется в соответствии с ситуацией, а действие определяется обозначением, по существу здесь говорится об одном и том же. Когда речь идет о человечности при участии многих людей, ее действие — доброжелательность. 
 
Когда речь идет о праведности, и при этом решаются общественные вопросы, ее 
роль — не допустить ошибки при высказывании мнений. 
Даже в смерти, если человек не руководствуется высшими идеалами, он далек от 
праведности. И все же найдутся люди, которые скажут, что если человек умер без 
сожаления, у него было это качество. 
Считается, что праведность — нечто чуждое пороку и составляющее самую суть 
человеческого ума. Если человек проявляет честность во всех своих действиях, 
ему присуща праведность. 
Не принимать этого во внимание и умирать, повинуясь желанию — это не праведная 
смерть. Что же касается всех тех, кто погибает в поединке или на поле битвы, 
найдется ли среди них хотя бы один из тысячи, кто действительно умер за 
праведность? 
 
Поэтому с момента поступления на службу к даймё, одежда, меч и обувь человека, 
его паланкин, лошадь и другое имущество — все приходит к нему по милости 
господина. Семья, жена, дети и его собственные слуги — все они и их 
родственники — ни о ком из них нельзя сказать, что он не пользуется 
расположением господина. Твердо зная об этом, человек на службе у даймё легко 
остается с жизнью, встретившись с врагами своего господина на поле битвы. Вот 
что такое смерть за праведность. 
 
Такой слуга умирает не за имя и не за то, чтобы приобрести славу, имение или 
жалование. Получить милость и вернуть милость — вот в чем проявляется 
искренность самой сути человеческого ума. 
Найдется ли из тысячи один, кто может умереть таким образом? Иногда 
непредвиденные обстоятельства затрагивают сотни тысяч людей, поэтому, если бы 
такой человек нашелся, тогда в ста тысячах их было бы сто. Воистину, найти сто 
праведных людей нелегко. 
Какую бы эпоху мы не взяли, если в стране идет война, подчас в одной битве 
погибает пять или семь тысяч человек. Среди них есть отважные воины, которые 
оставляют после себя доброе имя. Но есть и такие, кто погиб на поле боя, но 
другие этого даже не заметили. Может показаться, что все эти люди умерли за 
праведность, но на самом деле это не так. Многие из них умерли за славу или 
прибыль. 
 
Как правило, первой человеку приходит мысль о том, чтобы сделать что-то ради 
славы; затем возникает стремление утвердить свое имя; и наконец, последним 
мотивом чаще всего выступает желание приобрести землю и обогатиться. 
Есть люди, которые совершают геройские поступки, приобретают славу и достигают 
успехов в мире. Есть люди, которые погибают на поле боя. Среди старых самураев 
есть желающие оставить славное имя своим потомкам. Такие в каждой битве 
стремятся умереть смертью героя. Если же умереть им не удалось, они готовы 
отказаться от имени и состояния. Воистину такие люди не дорожат своей жизнью, 
но дорожат именем и достатком потомков. В смерти они исполнены желания и 
страсти. Это не праведность. 
Те, кто услышал доброе слово господина и честно прослужил ему всю жизнь, 
умирают смертью праведности. Но даже среди них нет тех, кто ценит праведность 
превыше всего, хотя именно праведность следует ценить. Таким образом ни об 
умирающем во имя желания, ни о том, кто дорожит жизнью и навлекает на себя 
позор, нельзя сказать, что они ценят праведность. При этом не важно, живут 
такие люди или умирают. 
 
Чен-ин и Цу-цзю умерли вместе во имя праведности. Бо-и и Шу-чи относились к тем,
кто глубоко размышляет о праведности и негодует, когда вассал убивает своего 
господина. В конце концов они умерли голодной смертью у подножия горы Шоуян. 
Пытаясь найти таких людей, мы убеждаемся, что даже в древности их было немного. 
Более того, в сегодняшнем заблудшем мире едва ли найдешь человека, который, 
отдавая предпочтение праведности, забудет о желании и жизни. Обычно люди 
расстаются с жизнью из-за желания. О таких можно сказать, что они привязаны к 
жизни и поэтому покрывают себя позором. Никто из них не имеет даже понятия о 
праведности. Многие одевают маску праведности, но в действительности никогда не 
задумываются над ней. Такие люди, сталкиваясь с неприятностями, неспособны их 
выносить и прибегают к оскорблениям. Оскорбления достигают цели, и тогда им 
приходится расплачиваться за это жизнью. Такие люди не только не ведают о 
праведности; от них за версту несет желанием. 
 
Полагать, что я могу досадить человеку и не стать объектом его брани — 
проявление желания. Такой подход можно уподобить действиям того, кто дает 
другим камень, и когда они возвращают ему золото, он считает их друзьями, а 
когда они возвращают ему камень, он отрубает им голову. Если человек хвалит 
другого, его слова также скорее всего вернутся к нему. Но человеком движет 
желание, если он злословит на другого и, получив злословие обратно, отрубает 
ему голову и при этом погибает сам. Действия такого человека глупы. Это 
противоположность праведности. 
У каждого самурая есть хозяин. Поэтому самурай, умирая в результате ссоры, ни 
за грош отдает жизнь, находящуюся в распоряжении его господина. Такой человек 
тоже не понимает разницы между добром, злом и не имеет никакого представления о 
праведности. 
Желанием называют не только привязанность к богатству и алчные мысли человека о 
том, сколько у него серебра и золота 
Когда глаз видит цвет, возникает желание. 
Когда ухо слышит звук, возникает желание. 
Когда нос чувствует запах, возникает желание. 
Когда появляется хотя бы одна мысль, возникает желание. 
Это тело было создано и вскормлена желанием, и природа вещей такова, что 
желанием в той или иной мере связан каждый. Хотя внутри тела, созданного и 
вскормленного желаниями, есть природа, чуждая желаниям, страстность не 
позволяет ее достоинствам возобладать. Эта природа отзывается на десять тысяч 
вещей во внешнем мире. Она отягощена шестью желаниями, и разглядеть ее под ними 
нелегко. 
Это тело создано из пяти скандх: формы, чувства, представления, воли и сознания.
 
Форма есть физическое тело. 
Чувство есть реакция физического тела на добро и зло, правильное и неправильное,
радость и печаль, удовольствие и страдание. 
Представление есть средство предсказания. Оно рождает ненависть ко злу, 
стремление избежать страдании, желание добра и надежду на радость. 
Воля подразумевает работу тела на основе чувства и представления. Это означает 
избегание боли и получение удовольствия, нетерпение зла и стремление к добру. 
Сознание есть различение добра и зла, правильного и неправильного, удовольствия 
и страдания, радости и печали, которые связаны с чувством, представлением и 
волей. Благодаря сознанию зло известно как зло, добро как добро, страдание как 
страдание, а удовольствие как удовольствие. 
Поскольку сознание различает и формирует предрассудки, оно сторонится уродства 
и льнет к прекрасному, приводя физическое тело в движение в соответствии с 
привязанностями. 
 
Когда физическое тело существует, возникает скандха чувства. 
Когда скандха чувства существует, возникает скандха представления. 
Когда скандха представления существует, приходит в действие скандха воли. 
Когда скандха воли приходит в действие, появляется скандха сознания. 
В силу наличия скандхи сознания мы различаем добро и зло, правильное и 
неправильное, прекрасное и уродливое. Затем у нас возникают мысли о принятии и 
неприятии, и как только возникают эти мысли, рождается физическое тело. Это 
напоминает солнце и луну, отраженные в воде. Будда учил: «Возникновение формы в 
ответ на материальный мир подобно отражению луны в вводе». Форма, чувство, 
представление, воля и сознание — а затем от сознания обратно к форме — так 
замыкается цепочка скандх. Поток двенадцати звеньев в цепи существования, 
получив тело, начинается с единственной мысли в нашем сознании. 
Поэтому сознание есть желание. Это желание дает начало телу из пяти скандх. 
Поскольку тело есть сгусток желания, достаточно лишь выдернуть хотя бы один 
волосок, и тут же рождаются мысли, исполненные желания. Когда кто-то касается 
пальца вашей руки, рождаются мысли, исполненные желания. Когда кто-то касается 
пальца вашей ноги, рождаются мысли, исполненные желания. Все тело создано 
желанием. 
Внутри этого тела, созданного и вскормленного желанием, пребывает бесстрастная 
и совершенная природа ума. Эта природа не зависит от пяти скандх, не имеет ни 
цвета ни формы и не является желанием. Она безупречно правильна и совершенно 
непогрешима. Если человек руководствуется этой природой во всех своих действиях,
его действия являют праведность. Эта совершенно непогрешимая природа есть суть 
праведности. 
Слово праведность используют в тех случаях, когда непогрешимая природа 
проявляет себя во внешнем мире. Ее также называют человечностью; ее действие — 
доброжелательность. Имея в виду суть праведности, мы говорим человечность, а 
слово доброжелательность используем для обозначения проявлений праведности во 
времени. Праведность, человечность, доброжелательность, мудрость — суть одна и 
та же, но названия разные. 
Следует понять, что эта суть составляет природу ума. Поэтому говорят, что путь 
Конфуция — это путь искренности и симпатии. Искренность — то же, что и «природа 
ума». Симпатия — то же, что и «подобный ум», или «единство». Если природа ума 
или подобие ума постигнуты, ни одно из десяти тысяч дел не завершится неудачей. 
 
Если человек непросветлен, он никогда не постигнет этого. Даже если вы будете 
объяснять сто дней, и он все это время будет слушать, он едва ли приблизится к 
пониманию Пути. 
Если кто-либо не согласен со сказанным здесь, ему следует обратиться к 
сокровенным словам и деяниям проповедников учения конфуцианских классиков. Они 
не отличаются от слов, изрекаемых проповедниками буддистских писаний. Эти 
писания не имеют своей целью развенчивание конфуцианства. Человек может быть 
красноречив, словно горный ручей, но если его ум не просветлен и он не видит 
подлинную природу своего ума, на него нельзя полагаться. Мы должны уметь быстро 
определять таких людей по их поведению. 
Некто выразил сомнение, сказав: 
— Если даже видение и слышание есть желания, если даже возникновение 
единственной мысли есть желание, как нам достичь праведности? Сосредоточивая 
мысль, человек становится подобным камню или дереву. Будучи подобным камню или 
дереву, человек едва ли может действовать праведно во имя своего господина. 
Если такой человек не обладает великой силой воли, ему будет очень трудно этого 
достичь. 
— Это оправданное сомнение, — ответил я. — Если в уме нет мыслей, человек не 
побежит ни влево, ни вправо; он не будет ни подниматься вверх, ни опускаться 
вниз, а будет лишь двигаться прямо вперед. Стоит только одной мысли возникнуть, 
как человек побежит вправо или влево, переместится вверх или вниз, и в конце 
концов достигнет желаемого места. Именно поэтому мысль называют желанием. 
Добродетель безупречности сокрыта. Если желание отсутствует, человеку едва ли 
удастся совершить добро или зло. Даже если у вас есть намерение спасти человека,
свалившегося в пропасть, вы не сможете сделать это, если у вас нет рук. Если у 
вас есть намерение толкнуть кого-то в пропасть, вы не сможете это сделать, если 
у вас нет рук. Таим образом, в случае удачи или неудачи, как только появляются 
руки, природа вещей изменяется. 
Человек прибегает к силе желания в случае успеха и неудачи, и когда он 
руководствуется в своих действиях безупречностью и непогрешимым умом, успех и 
неудача зависят от этой силы. 
Если человек верен безупречности, его действия не определяются желанием. Им 
движет праведность. Праведность — не что иное, как добродетель. 
Считайте, что природа ума — это повозка, в которой находится сила воли. 
Направьте повозку к месту неудачи, и там случится неудача. Направьте ее к месту 
удачи, и там случится удача. Но в обоих случаях, если человек доверится 
направлению движения природы ума, он достигнет праведности. Если отделить себя 
от желания и уподобиться камню или дереву, ничего хорошего не достичь. Постичь 
праведность, не прекращая желания, — вот что такое Путь. 
Среди божеств есть знаменитые и неизвестные. Сумиёси, Тамацусима, Китано и 
Хирано — знаменитые божества. Когда же мы просто говорим «боги», мы имеем в 
виду тех, имена которых не знаем. Когда мы говорим о поклонении богам и их 
почитании, мы не делаем различия между именами Сумиёси, Тамацусима, Хирано и 
Китано. Мы поклоняемся им всем и почитаем их всех. 
Когда мы поклоняемся божеству Китано, мы забываем о божестве Хирано. Когда мы 
почитаем божество Хирано, мы оставляем в стороне божество Китано. 
Отводя каждому божеству отдельное место для почитания, мы умаляем достоинство 
других божеств. Ведь в этом месте почитается одно божество, тогда как другие 
боги оказываются забытыми. 
Когда мы говорим о божествах, мы не разделяем их, указывая, какому божеству 
следует поклоняться в каком месте. Такой подход нельзя было бы по праву назвать 
Путем Богов. Подлинный Путь Богов проявляется в том, что мы поклоняемся 
божествам, где бы мы ни были, и какого бы бога мы перед собой не видели. Мы 
должны обсудить это в связи с Путем Господина и Слуги. 
Господин — это повелитель, а слуга — это прислужник повелителя. Слова господин 
и слуга не используются при упоминании людей, ранг которых ниже, чем господин и 
слуга, но сейчас мы не будем останавливаться на этом. 
Среди господ есть знаменитые и те, чьи имена неизвестны. Среди слуг также есть 
известные и те, о которых никто не знает. Говоря о знаменитом господине, 
человек выскажется так: «Наш господин Мацуй Дэва» или «Мой господин Ямамото 
Тадзима». Говоря о неизвестных господах, человек скажет просто «господин», не 
называя его имени. 
Для слуги Путь Господина открывается, как только он скажет «господин». Для 
господина Путь Слуги открывается, как только он скажет «слуга». 
В старину говорили, что «мудрый слуга не служит двум господам». Смысл этих слов 
в том, что по законам тех времен, слуга не должен был иметь двух хозяев. В наши 
дни мир пришел в упадок, и слуги теперь нанимаются к одному господину, а затем 
к другому, уподобляясь тем самым бродячим приказчикам, которые только и умеют 
что себя хвалить. Вот в какие времена мы живем. 
Господин подчас оказывается недовольным своим слугой и выгоняет его из дома, 
осыпая проклятиями. Это также приводит к тому, что Путь Господина и Путь Слуги, 
Путь Хозяина и Путь Прислужника, утрачивают свое достоинство. 
Даже если человек служит в нескольких кланах, он должен считать, что хозяин у 
него один и только один. Такой человек должен считать, что служит неизвестному 
господину, имени которого никто не знает. Этого достаточно, чтобы стать на Путь 
Господина. Даже если слуга переходит из клана в клан, он должен говорить об 
одном хозяине «мой господин» и о другом тоже «мой господин». 
При этом он будет относиться к господину, с великим почтением, и даже если 
какой-то клан придет в упадок, его дух останется прежним. Таким образом 
господин будет для него одним от начала и до конца. 
Если человек привык размышлять про себя: «Мой господин Мацуй Дэва на самом деле 
проходимец…», то даже если он получит жалование, имение или звание, он 
никогда не сможет отозваться с почтением: «мой господин». Когда он впоследствии 
поступит на службу к господину Ямамото Тадзима, его отношение к новому 
господину по существу не изменится. Таким образом, что бы он ни делал, он не 
постигнет смысл слова господин и ничего не добьется. 
Поэтому лучше не спрашивать, как зовут того или иного господина, а просто 
говорить «мой господин» и, не упоминая его имени, следовать праведности в 
служении ему. Если человек поступает таким образом и служит господину, никогда 
не ступая на его тень, то сколько бы он не служил, месяц, год ил и десять лет, 
у него будет только один единственный господин. 
Даже если у господина часто сменяются слуги, он не должен пренебрегать Путем 
Слуги. Он не должен проводить различие между новыми слугами и теми, кто состоит 
на службе уже много лет. Он должен иметь любовь и сочувствие глубоко в своем 
сердце, а также быть щедрым ко всем в равной мере. При этом все слуги будут без 
имени, господин будет без имени, но Путь Господина и Слуги, Хозяина и 
Прислужника будут на высоте. Не следует делать различия между теми, кто 
поступил на службу сегодня, и теми, кто служит уже десять или двадцать лет. Ко 
всем слугам следует относиться с равной любовью и сочувствием. О каждом из них 
следует думать как о «моем слуге». 
Скорее всего слуги будут различаться по жалованию и размеру имения, но с точки 
зрения праведности и любви между ними не следует проводить различия. Даже если 
слуга приступил к исполнению своих обязанностей сегодня, словам «новый слуга» 
следует придать смысл «мой слуга». 
Разве это не Путь Господина и Слуги? 
Ли Бо сказал: 
«Небо и земля — путевой приют десяти тысяч вещей. Быстротечное время — вечный 
странник. Жизнь мимолетна. Она подобна сновидению. Как долго продлится наше 
счастье? Древние зажигали лампы и развлекались в ночное время. В этом они были 
правы». 
Слово вещи здесь подразумевает не только неживые объекты. Считается, что 
человек также является вещью. Пространство между небом и землей — это приют на 
пути туда и обратно, как для людей, как и для неживых объектов. В конце ни люди,
ни объекты не остаются неизменными. Прохождение времени подобно бесконечному 
движению путника, а медленный круговорот весны, лета, осени и зимы продолжается 
без изменений на протяжении сотен поколений. 
Тело подобно сновидению. Когда мы это видим и пробуждаемся, после нас не 
остается даже следа. Как долго нам еще суждено спать? 
Древние видели смысл в том, чтобы зажигать ночью лампы и продолжать развлечения 
в темное время суток. 
В этом человек может совершить ошибку. Развлечения должны иметь предел, и если 
они его имеют, в них нет ничего плохого. Тот, кто не соблюдает меры, сойдет с 
ума. Если человек не будет развлекаться свыше дозволенного, он не совершит 
ошибки. То, что мы называем пределом, — это рамки, которые существуют для всего.
Подобно ровным участкам бамбуковой палки, развлечения должны иметь начало и 
конец. Выходить за пределы разумного нехорошо. 
Дворцовая знать развлекается во дворце, самураи имеют свои самурайские 
развлечения, а священники имеют развлечения для священников, у каждого сословия 
должны быть свои развлечения. 
Следует сказать также, что пристрастие к развлечениям других сословий означает 
выход за рамки ограничений. У дворцовой знати есть китайская и японская поэзия, 
а также духовые и струнные инструменты. Эти люди могут читать стихи и 
наслаждаться музыкой всю ночь напролет, и в этом нет ничего плохого. Вполне 
понятно также, что самураи и священники также имеют наличествующие им 
развлечения. 
 
Строго говоря, для священников не должно быть развлечений вообще. Говорят 
также: «По закону не просунешь даже иглу, а частным порядком пройдет конный 
экипаж». Это означает, что, принимая во внимание человеческие слабости и 
упадочное состояние мира, нам следует допустить, что священники также будут 
иметь развлечения. Встречаясь в ночной тиши, они также могут сочинять китайскую 
и японскую поэзию. Даже цепочки стихов вполне приличествуют их общественному 
положению. Однако им не подобает проявлять чувства при лунном свете и цветущих 
вишнях, а также с чашами сакэ в руках собираться вместе с молодыми в саду для 
любования полной луной. Но вот иметь небольшой камень для растирания твердых 
чернил и бумагу для каллиграфии не будет для священников плохим тоном. 
Но даже это, не говоря уже о многих других, заведомо менее достойных 
времяпровождениях, не к лицу тому священнику, который претендует на религиозный 
дух. 
Не будет ничего удивительного, если и знать, и самураи, постигнув мимолетность 
этого мира, зажгут ночью лампы и будут развлекаться до самой зари. 
Есть люди, от которых можно услыщать: «Все подобно сновидению! Нам остается 
лишь играть!» Они без нужды изнуряю свои ум и тело, окунаются в удовольствия и 
стремятся к великой роскоши. И хотя они иногда тоже цитируют слова древних, их 
дух столь же далек от духа древних, как снег от сажи. 
Встретив Хотто Кокуси, основателя храма Кококудзи в деревне Юра, что в 
провинции Кий, Иппэн Сёнин сказал ему: 
— Я сочинил стихотворение. 
— Позволь мне услышать его — сказал Кокуси. 
Сёнин прочел: 
— Когда я воспеваю, 
Ни Будды, ни меня 
Не существует. 
Есть только голос: 
Наму Амида Буцу.
— Не кажется ли тебе, что в последних двух строках что-то не так? — спросил 
Кокуси. 
После этой встречи Сёнин отправился в уединение в местности Кумано и 
медитировал там в течение двадцати одного дня. Затем он вернулся в деревню Юра 
и сказал Кокуси: 
— Послушайте, как я теперь читаю это стихотворение. 
Когда я воспеваю, 
Ни Будды, ни меня 
Не существует. 
Наму Амида Буцу, 
Наму Амида Буцу.
В ответ Кокуси удовлетворенно кивнул и сказал: 
— Правильно! Теперь ты постиг! 
Эту историю можно встретить в хрониках Когаку Ошо. Мы должны задуматься над ней.
 
Я буду говорить о десяти существенных качествах. Это форма, природа, воплощение,
сила, функция, скрытая причина, внешняя причина, скрытое следствие, явное 
следствие и полная неразделимость всего. Десять миров — это ад, голод, животные,
гнев, люди, небеса, учение, постижение, бодхисаттвы, будды. Таковы десять 
существенных качеств и десять миров. Обычно считается, что каждый мир от 
первого до последнего обладает десятью существенными качествами. 
Как правило, рожденная вещь не может существовать без формы, поэтому мы говорим 
о существенном качестве формы. Хотя форма может меняться великое множество раз, 
как форма она одна и та же. Переходя от формы к форме, видим, что даже ее 
звучание меняется: кукушка поет песню кукушки, соловей поет песню соловья. 
Меняет ли кто-нибудь из них песню для того, чтобы выразить свою форму? Нет, 
кукушки в горах и соловьи в долинах поют свои собственные песни. Звук не 
меняется, когда мы переходим от формы к форме. Просто песня позволяет лучше 
понять то существо, к которому она относится. Речь человека — такая же песня. 
Ее слышит и оценивает наша праведность. 
Если нечто имеет форму, оно также обладает природой. Хотя природа Будды во всем 
одна и та же, форма возникает из Пустоты в связи с каждым существом и поэтому 
меняется от одного существа к другому. 
Все живые существа обладают природой Будды, и это верно даже в отношении тех, 
которые пребывают в аду, в мире голода или в царстве животных. 
Вот как это объясняется в сутрах. Если помост, на котором находится лампа, 
окружить зеркалами, лампа отразится в каждом из них. В действительности лампа 
одна, но увидеть ее можно в каждом зеркале. Подобно этому природа Будды, 
оставаясь одной; отражается в живых существах десяти м прав, даже в животных и 
голодных духах. Притчу о зеркале и лампе можно встретить в «Кэ-гон-кё». 
Воплощение означает воплощение Закона. Во всех десяти тысячах вещей есть как 
воплощение, так и действие. Форма рождается из воплощения и в конце, обойдя 
полный круг, исчезает. Само же воплощение длится вечно. 
Давайте скажем, что снег и лед — это действие, а вода — воплощение. Когда вода 
замерзает, она становится льдом, но затем нова тает и превращается в воду, как 
начале. Считайте, что вода есть воплощение. Так можно проиллюстрировать 
воплощение. 
Из воплощения Закона рождается, а затем исчезает десять тысяч форм. 
Обычный человек не видит дальше формы. Он не может постичь воплощение. Когда 
нечто возникает, он говорит, что оно возникло. Но просветленный видит, что вещи 
пребывают даже тогда, когда они возвращаются к воплощению и больше не доступны 
видению глазами. 
 
Снег на вершинах, 
Лед в недрах гор 
Тают и начинают звучать 
У подножья — 
Весенние ручьи.
Так сказано о воплощении. Если вещь обладает формой, природой и воплощением, 
она должна также обладать силой. Сила — это способность действовать эффективно; 
это источник движения за пеленой феноменов. Обо всех вещах можно сказать, что 
именно сила действует и движется в них. 
Постоянство вечнозеленой сосны среди роскошной зелени горного леса воспето во 
многих песнях. Объясняется это тем, что сосна не меняет цвета ни в морозы, ни 
дождливой осенью. Она остается неизменной даже в самое холодное время года. 
Поэтому о сосне слагают песни, видя в ней проявление существенного качества 
силы. 
Благодаря силе функции вещей согласованы. Если человек настойчиво занимается 
изучая один китайский иероглиф сегодня, другой завтра, он сможет многого 
достичь. Смысл функции можно понять с помощью высказывания: «Дорога длиною в 
тысячу миль начинается с одного шага». 
Если форма, природа, воплощение, сила и функция постигнуты, что бы человек ни 
делал, он сделает его так, как задумал. Такова скрытая причина. Если же что-то 
не сделано, в этом вина самого человека, поскольку по большому счету для него 
нет невозможного. Без скрытой причины и внешней причины человек едва ли 
когда-нибудь приблизится к Буддовости. 
Китайский иероглиф, обозначающий скрытую причину, обладает также смыслом 
«зависеть». Это значит, что «зависимость» от чего-то одного позволяет получить 
многое другое. 
Считается, что высадка семян о почву ранней весной — это скрытая причина. Но 
даже если они были посажены правильно, если не будет дождя или росы, из 
посаженных семян ничто не вырастет. Взаимодействие дождя и росы называется 
внешней причиной. Итак, при наличии дождя и росы растение будет расти и осенью 
даст плоды. Таково скрытое следствие. 
 
Когда сердце преисполнено 
И не знает покоя, 
Все мои надежды пребывают 
За тысячей покровов 
Из веток жимолости.
 
Смысл этого стихотворения в том, что появление веток жимолости — скрытая причина женитьбы. Более того, считается, что помолвка — это внешняя причина. И наконец, то, что двое становятся мужем и женой, живут в изобилии и рождают на свет детей, дает нам пример скрытого следствия. Подобно этому, если тот, кто желает стать Буддой, не действует в соответствии со скрытой причиной, он не достигнет Буддовости. Сделайте дисциплину своей скрытой причиной, и вскоре вы получите скрытое следствие. Слово следствие имеет также смысл «плод». В зависимости от того, какую скрытую причину вы посадили весной, осенью вы получите плоды. То же можно сказать о Буддовости. 
Внешняя причина видна в следующих строках: 
Парусная лодка 
Уже наверное 
Обогнула мыс Вада, 
Подгоняемая 
Горными ветрами Муко.
 
Лодка — это скрытая причина. Ветер — это внешняя причина. Прибытие на другой 
берег — это скрытое следствие. Без лодки невозможно попасть на другой берег. И 
даже если есть лодка, переправа через реку невозможна без внешней причины, 
ветра. Такова, говорят, гармония скрытой причины и внешней причины. Горные 
ветры Муко следует считать внешней причиной. Человек не может стать Буддой без 
внешней причины, дисциплины. 
 
Я посадил эти деревья 
И вижу, как их плоды 
Наливаются соком, — 
Ветви груш гнутся до земли 
У залива Ики.
Это скрытое следствие. 
Достижение Буддовости подобно посадке фруктовых деревьев, а затем наблюдению за 
тем, как они растут. 
 
 
У залива Ики 
Ветви гнутся до земли 
От груш — спелых и неспелых. 
Разве это но реально 
Даже во сне?
Так звучит исходное стихотворение. Залив Ики находится в Исэ. 
А вот пример явного следствия: 
 
Подожди и увидишь! 
Столь жесткая ко мне, 
Когда ты полюбишь сама, 
Ты будешь знать, 
Что я сейчас чувствую.
 
 
Смысл этого любовного стихотворения можно пересказать так: «Хотя ты обращаешься 
со мной так жестоко, ты наверняка можешь полюбить сама. Вот тогда ты узнаешь, 
что такое любовь. Это будет моим возмездием». 
Если вы поступаете хорошо в этой жизни, наградой вам будет хорошая следующая 
жизнь. Если вы творите зло, расплатой за это будет зло. Это явное следствие. 
Если скрытая причина — добро, скрытое следствие — добро. Если скрытая причина — 
зло, скрытое следствие — также зло. Это напоминает эхо, отвечающее голосу, или 
тень, сопровождающая предмет. 
То, что человек выбирает скрытую причину в одной жизни, а получает награду в 
следующей, вполне естественно. Но бывают случаи, когда скрытая причина в 
настоящем сопровождается явным следствием в настоящем, когда скрытая причина в 
прошлом сопровождается явным следствие в настоящем или когда скрытая причина в 
настоящем сопровождается явным следствием в будущем. Следствие переходит из 
мира в мир вслед за причиной. Оно наступает рано или поздно; его нельзя 
избежать. 
 
Иногда скрытая причина и скрытое бедствие проявляются одновременно. В качестве 
скрытой причины мы можем рассмотреть цветок, а в качестве явного следствия — 
его плод, у дыни цветок и плод могут присутствовать одновременно. У риса плод, 
вернее, зерно, начинает развиваться, когда верхняя часть колоса все еще 
продолжает цвести. Мы можем привести другие похожие примеры. 
Полная нераздельность. От существенного качества формы до существенного 
качества явного следствия, от начала и до самого конца все нераздельно. 
Движение от корня к ветви проходит через десять точек. Крайность — это 
достижение какого-то одного конца. Таковы десять миров. Все живые существа, 
даже маленькие черви, обладают десятью существенными качествами. Даже 
неодушевленные существа обладают ими. Давайте рассмотрим в качестве примера 
плоды каштана и хурмы. Если мы скажем, что этим растениям свойственны радость и 
печаль, то может показаться, что мы судим о них с человеческой точки зрения. И 
все же эти растения естественно наделены некоторыми эмоциями. 
Страдание у травы и деревьев не отличается от страдания у людей. Когда их 
поливают, когда за ними ухаживают, они растут и выглядят счастливыми. Когда они,
срубленные, лежат на земле, вид вянущих листьев ничем не отличается от 
выражения лица покойника. 
Радость и печаль растений неведомы людям. Когда травы и деревья взирают на 
людей, они в чем-то похожи на них — возможно, деревья и травы думают, что у 
людей тоже нет радости и печали. Создается впечатление, что мы не знаем жизни 
трав и деревьев, и они не знают нашей жизни. Об том говорится в книгах 
конфуцианцев. 
Когда с северной стороны от растений находится забор или крытая глиняная стена, 
они тянутся к югу. Когда наблюдаешь за ними, становится понятно, что хотя у 
растений нет глаз, они знают, что для них вредно. Лилия, которая спит ночью и 
раскрывается днем, дает еще один хороший пример. Однако не только лилия, но и 
все деревья и травы обладают этой природой. 
Проходя мимо, мы не замечаем этого лишь потому, что мы невнимательны. Тех, кто 
знают все о деревьях и травах, можно назвать мудрецами. Мы не понимаем многого, 
потому что наш ум груб и невоспитан. Мы судим о том, является ли существо живым 
или нет, весьма условно. Возможно, все до единой вещи во вселенной живые. Ведь 
неправильно было бы считать мертвым все то, что, как нам кажется, лишено 
признаков жизни? 
Говорят, что когда курице холодно, она взлетает на дерево, а когда утке холодно,
она окунается в воду. Правильно ли было бы считать, что когда утка плавает в 
воде, она не ощущает холода? И правильно ли было бы считать, что когда курица 
взлетает на дерево, она не ощущает холода? 
Вода холодна, и в этом, говорят, ее природа. Огонь горяч, и в этом люди также 
видят его природу. С точки зрения огня, вода лишена подлинной природы; с точки 
зрения воды, огонь лишен подлинной природы. Хотя об этом можно думать таким 
образом, фактически, и вода, и огонь обладают своей подлинной природой. Мы не 
можем сказать, что что-то лишено подлинной природы. 
Если мы пристально наблюдаем за вещами, мы не можем сказать, что в поднебесной 
есть две различные вещи. Если же мы видим различия, это происходит вследствие 
узости нашего видения, 
Так, я не могу видеть гору Фудзи, если ее заслоняет толстое дерево со многими 
ветвями и листьями. Но как огромную гору Фудзи может заслонить одно 
единственное дерево? Я не могу видеть гору Фудзи в силу узости моего видения, а 
также потому что дерево стоит в поле зрения. Мы продолжаем думать, что дерево 
заслонило гору Фудзи, хотя на самом деле виной тому узость нашего видения. 
Не понимая сути вещей, люди подчас делают умные лица и критикуют понимающих. И 
хотя может показаться, что они насмехаются над другими, в действительности они 
насмехаются над собой. Об этом знают по крайней мере те, кто подлинно понимает. 
 
Внимательно присмотритесь к миру, какой он есть. Земля — это мать, небо — это 
отец. Если мы высадим в землю семена каштана и хурмы, вскоре они пустят побеги, 
которые дадут обычные плоды каштана и хурмы. Такими их рождает отец и мать. 
Если плоды каштана и хурмы всегда остаются одними и теми же, мы можем сказать, 
что такими они приходят из другого места. 
То же самое верно и в отношении человека. Земля — его мать, небо — его отец, а 
то, что становится их ребенком, приходит извне и поселяется в мире. 
Не следует считать, что так называемое мета-существование вещей отличается от 
их настоящего существования. По этой причине настоящее существование также 
называется «сущностью». 
Когда настоящее существование заканчивается, начинается мета-существование. 
Затем течение мета-существования изменяется и начинается после-существование, 
или перевоплощение. В каждом из этих случаев ум, присутствующий в теле, не 
подвержен изменениям. 
Хотя даже в мета-существовании есть тело, оно такое тусклое, что человеческие 
глаза не могут его разглядеть. И все же, в некоторых случаях даже привязанные к 
миру могут увидеть это тело. Поскольку такие события считаются необычными, люди 
не доверяют им, считая, что видят духов лисиц или енотов, или же объясняют 
переживания как иллюзорные видения мертвых. 
В действительности может иметь место каждая из описанных ситуаций. Помня об 
этом, мы не должны видеть во всех случаях проявление чего-то одного. Подлинные 
вещи также существуют в этом мире. Такие вещи не обязательно являются выдумками 
людей. О них повествует тот, кто живет мире Пути и сам является человеком Пути. 
Если мы не прибегаем к мудрости людей писавших об этом, мы должны быть готовы к 
тому, что у нас возникнут сомнения. 
Хотя во время сновидения мы не видим и не слышим глазами и ушами, которые даны 
нам от рождения, мы все же встречаем во сне людей, общаемся с ними, слышим речи 
других, видим цвета и даже имеем любовные приключения. Мы встречаемся с вещами, 
которые окружают нас каждый день, и просыпаемся за мгновение до осуществления 
наших желаний. 
Лишь проснувшись, мы понимаем, что это был сон. Во сне мы никогда не думаем 
«Это сон» или «Это не реально». 
Во сне тело продолжает жить, но оно неподвижно, и не может путешествовать туда 
куда пожелает. Но силой мысли оно может привлекать к себе другие миры и 
посещать их. 
Когда человек подлинно умирает и оставляет свое тело, он отправляется, куда 
пожелает, подобно кошке, которую спустили с привязи. Хотя мысли человека после 
смерти ничем не отличаются от его мыслей во сне, теперь он может свободно 
перемещаться по своему желанию. 
Среди кромешной тьмы, когда врата чувств и окна переживаний плотно закрыты, 
человек вступает в царство свободы. Так происходит потому, что у человека после 
смерти нет формы. 
Хотя у человека во сне есть форма, это не физическая форма. Она скорее 
напоминает отражение лампы или луны в воде. Для неё тоже нет препятствий. 
Поскольку тело выступает как препятствие, человек не может войти во внутреннее 
святилище. Однако ум может общаться с тем, что пребывает внутри, подобно тому, 
как мысли проникают через Серебряную Гору или Железную Стену. Обычные люди едва ли смогут постичь эту тайну. 
Будды и патриархи постигли это, но обычные люди очень далеки от постижения. 
Поэтому они подвержены многим заблуждениям, и таким образом глупость 
прибавляется к глупости. 
Есть много вещей, которых я не знаю, и поскольку я их не знаю, я просто 
утверждаю, что их не существует. Предположим, что я знаю семь вещей из каждой 
сотни. Если, высказываясь об остальных вещах, я скажу, что их вообще не 
существует, тогда девяносто три вещи бесследно исчезнут. Если же я буду знать 
пятнадцать вещей, тогда из числа тех, которых не существовало, восемь снова 
возникнут. Для человека, который знает двадцать или тридцать вещей, число 
несуществующих вещей будет равно восьмидесяти или семидесяти. Если же человек 
из ста вещей знает шестьдесят или семьдесят, лишь тридцать или сорок вещей не 
будут существовать. Но если человек при этом считает, что знает всё, что можно 
знать, причиной тому — его неведение. 
Если осведомленность человека растет и он проясняет для себя вещи одну за 
другой, это значит, что он умеет их познавать. Если есть нечто, чего он не 
знает, он никогда не скажет, что этого нечто не существует, но если он 
продолжает говорить так, он действительно чего-то не знает. 
Даже очень глупый человек, если он обладает верой, может достичь понимания. С 
другой стороны, разве не говорят: «Неумелое владение боевым искусством приведет 
к большим неприятностям»? 
Я знаю, что пять корней не могут проникнуть в мета-существование. Проникая туда,
пять корней настоящего существования преображаются в шестой орган восприятия, 
сознание. Пять корней не имеют формы, но продолжают функционировать. Сознание 
как шестой аспект восприятия также не имеет формы. Но поскольку оно наделено 
способностью видеть и слышать во сне, когда физические глаза и уши не 
воспринимают, возникает иная форма, и имеет место иное видение и слышание. Мы 
называем это видение и слышание сознанием, потому что функция тела во сне 
сохраняется, хотя оно не имеет формы. 
Если форма не существует, и мы об этом ничего не знаем, лучше просто говорить о 
«видении» и «слышании». Видение и слышание при этом преображаются в сознание и 
достигают второго уровня. Форма пяти корней в этом случае отсутствует, а их 
функцию выполняет сознание. 
Хотя в мета-существовании нет пяти корней, восприятие пятью органами чувств не 
отличается от восприятия в настоящем существовании. Человек просто не видит 
этого извне. Ему кажется, что это обычный внешний мир. Более того, даже если 
существование тела не отрицается, оно столь тускло, что его трудно разглядеть. 
Когда птица летит в небе, чем дальше она улетает, тем менее отчетливой она 
становится. В конце концов мы полагаем, что она исчезла. Хотя в 
действительности мы лишь утратили из виду форму птицы, это не означает, что она 
исчезла насовсем, и ее больше не существует. Мы просто не видим ее, потому что 
она отлетела далеко от нас и стала едва заметной. 
Мы не видим человека в мета-существовании, потому что его форма очень тускла, и 
ее трудно заметить. Человек в этом состоянии может видеть нас так, словно он 
продолжает жить, но люди не догадываются об этом. 
Когда те, кто совершил серьезные прегрешения, выходят в мета-существование, их 
форма по-прежнему видна. Люди замечают их и называют духами или призраками. И 
то, и другое существует. Если люди сильно привязаны к этому миру, их форма 
становится заметной. 
Это напоминает изготовление лекарства из многих целебных трав. Если 
составляющие слабы, лекарство также будет слабым. Если травы сильные, лекарство 
будет сильным. По лекарству можно будет определить, какие травы в него входят. 
Слабое лекарство будет напоминать воду. Если оно подобно воде, люди не будут 
знать, что это лекарство, а будут видеть в нем простую воду. 
В мета-существовании форма человека, отягощенного привязанностями, вполне 
заметна. Но если форма человека незаметна, словно воздух, мы не замечаем его. 
Мы не видим его, но он нас видит. 
Поскольку я обладаю формой, меня можно видеть. Поскольку их форма прозрачна, я 
не могу их видеть. В «Мин-и Цзи» в качестве примера приводится зерно ячменя. 
«Даже одно зернышко ячменя может дать побеги, но если рядом не окажется воды и 
земли, то хотя оно и обладает всем, что нужно для того, чтобы стать зрелым 
растением, оно никогда им не станет». 
Когда сознание человека и объективный мир объединяются, рождаются мысли, 
которые в свою очередь, рождают другие мысли. Из этих мыслей возникает и 
развивается физическая форма. Тело не является чем-то чужим для нас, 
свалившимся с небес. 
Начиная с единственной мысли, не имеющей начала, возникло все многообразие 
вещей. Если вы ищете начало вещей, вы не можете его найти, потому что исходная 
мысль появилась ниоткуда. Беспричинное рождение бесконечного многообразия вещей следует считать великой тайной. 
«Хроники меча Тайа» 
Предположительно, как мастер боевых искусств, я не сражаюсь, чтобы приобрести 
или потерять, не озабочен силой или слабостью, не делаю ни одного шага вперед и 
не отступаю ни на один шаг назад. Враг не видит меня. Я не вижу врага. Проникая 
туда, где небо и земля еще не разделились, где инь и ян еще не возникли, я 
достигаю цели быстро и неотвратимо. Безупречный воин пользуется мечом, но не 
убивает других. Он использует меч, чтобы возвращать другим жизнь. Когда нужно 
убить, он убивает. Когда нужно возвращать к жизни, он возвращает к жизни. 
Убивая, он полностью сосредоточен; возвращая к жизни, он полностью сосредоточен.
Не определяя, что хорошо, а что плохо, он видит хорошее и плохое. Не пытаясь 
проводить различия, он различает без затруднений. Ступать по воде для него все 
равно, что идти по земле, а идти по земле для него все равно что ступать по 
воде. Он достиг этой свободы, и теперь никто в мире не смутит его. Во всем, что 
он делает, ему нету равных. Вы желаете достичь этого? В таком случае, идя, стоя,
сидя и лежа, разговаривая и сохраняя молчание, во время чайной церемонии и 
рисовой трапезы, ваша тренировка должна продолжаться, вы должны быстро намечать 
цель и внимательно следить за любым ее приближением или удалением. Так вам 
следует смотреть прямо в суть вещей. По мере того, как будут проходить месяцы и 
годы, вам покажется, что свет постепенно зажигается во тьме. Вы постигнете 
мудрость без учителя и безо всяких усилий откроете в себе таинственный дар. При 
этом вы останетесь в пределах обычного, но все же выйдете за его пределы. 
Называя это одним словом, говорят: «Тайа». У каждого есть острый меч Тайа, и в 
каждом он пребывает в совершенной полноте. Постигшие нагоняют страх даже на Мар,
а несведущих легко обманывают даже еретики. С одной стороны, когда два 
совершенных мастера скрещивают мечи, невозможно предсказать итог поединка. Это 
напоминает Шакьямуни, держащего цветок, и Кашьяпу, едва заметно улыбающегося. С 
другой стороны, видение одного и понимание трех остальных, выявление 
невооруженным взглядом незначительных весовых различий — для этого достаточно 
обычной ловкости. Если кто-либо достиг этого, он разрубит вас на три части еще 
до того, как вы увидите одно и постигните три остальных. Что и говорить о том 
случае, когда вы столкнетесь с ним лицом к лицу? Настоящий мастер никогда не 
показывает кончика своего меча. Он так быстр, что даже ветер не поспевает за 
ним. Он так стремителен, что промелькнет, и даже молния не успеет блеснуть. 
Если человек не владеет этой тактикой, он только собьется и запутается. При 
этом он сломает клинок, поранит руку и не проявит ловкости. Подлинное 
мастерство не измерить ни опытом, ни знаниями. Его невозможно выразить словами. 
Его невозможно выучить по книге. Таков закон специальной передачи истины за 
пределами наставлений. Для проявления этой великой способности нет 
установленных правил. Правильное действие, неправильное действие — даже небеса 
не могут разобраться в этом. В чем же природа этого мастерства? Древние 
говорили: «Когда в доме нет картины с изображением Бай Чже, привидений вообще 
не существует». Если человек закалил себя и постиг этот принцип, он будет одним 
мечом повелевать всем сущим под небесами. Изучающие Путь да не будут 
легкомысленны. Для проявления этой великой способности нет установленных правил.
Если великая способность этого учения откроется вам, это произойдет спонтанно, 
без каких-либо закономерностей. И все же ее называют великой способностью, 
потому, что она простирается в десяти направлениях, и нет такого места, где бы 
ее не было хотя бы на волосок. Установленное правило — это закон или 
предписание. Но не существует законов и предписаний, которые могли бы пролить 
свет на действия великой способности. 
 
Предания о Такуане
Суть дзэн. 
Третий сегун Иэмииу изучал технику фехтования хаявадза под руководством мастера 
меча господина Ягю Тадзима-но-ками.
Однажды Такуан посетил сегуна в замке Эдодзё и застал его за странным занятием. 
Шел дождь, но сегун находился в саду и прыгал по каменным ступеням.
— Что вы делаете, господин? — спросил Такуан.
— О, Такуан Осе! С некоторых пор я учусь выполнять движения хаявадза и уже 
кое-чего достиг. Посмотрите, хотя я прыгаю под дождем уже давно, мои движения 
такие быстрые, что я до сих пор не намок, — гордо сказал Иэмицу.
— Прекрасно! — ответил Осе.
— Для этого нужно быть очень быстрым и выносливым, верно?
— Верно. Вы выполняете технику хаявадза с быстротой молнии. Но если сравнить 
вашу технику с моей, окажется, что она не самая быстрая.
Услышав такое, гордый сегун возмутился:
— Вы хотите сказать, что можете выполнить хаявадза быстрее меня?
— Да, моя хаявадза быстрее вашей.
— Правда? Тогда продемонстрируйте, пожалуйста, вашу технику.
— Хорошо, — сказал Такуан, спускаясь в сад в деревянных туфлях. Иэмицу 
озадачено смотрел на Такуана и не мог понять, как тот собирается выполнять 
хаявадза в этой обуви. Тем временем Такуан уже успел изрядно намокнуть под 
дождем.
— Это и есть моя хаявадза. Иэмицу недоумевал.
— Намокнуть под дождем — это есть ваша хаявадза? — озадаченно спросил он.
— Совершенно верно. Человек естественно намокает под дождем, если у него нет 
зонтика. О хаявадза нельзя сказать, что она подлинна, если тот, кто ее 
выполняет, не намок. Вы должны много и настойчиво тренироваться, — сказал 
Такуан, и в это мгновение Иэмицу достиг просветления.
Такова подлинная суть дзэн. Подвержен иллюзии тот, кто пытается двигаться так 
быстро, чтобы не намокнуть под дождем. Истина в том, чтобы намокнуть всякий раз,
когда вы оказались под дождем без зонтика.
 
Доброта. 
У Такуана было много последователей от Иэмицу, третьего сегуна сёгуната 
Токугава, до простых крестьян. Среди них был старик, имени которого никто не 
помнил. Он был немного чудаковат. Однажды этот старик послал к Такуану своего 
слугу, чтобы после окончания церемонии пригласить мастера на трапезу.
— Как бы скромна ни была моя пища, я хочу, чтобы Осе в моем доме отведал 
вареный рис с ячменем, — сказал старик слуге.
Осе, любивший это блюдо, с готовностью принял приглашение и отправился в гости 
к старику. Там ему предложили большую тарелку, полную каши из риса и ячменя. 
Никаких приправ к каше у старика не было. На столе не было даже квашеной 
редиски такуан-дзукэ, приготовленной по рецепту Осе.
Обычно неприхотливый, Такуан в этот раз подумал: «Неужто старик не подаст к 
рису никакого соления?», но задавать вопросы было некогда, поскольку рот был 
занят вкусной кашей. Старик спокойно сидел перед гостем, ожидая конца трапезы. 
Когда живот Осе наполнился, он поднялся, чтобы уйти, но старик остановил его и 
спросил:
— Осё-сан, я угостил вас вареным рисом, а вы уходите, даже не поблагодарив меня.
Разве монахи так поступают?
— Вы пригласили меня отведать вареного риса с ячменем. Вы не приглашали меня 
говорить вам «спасибо», — без промедления ответил Осе и быстро вышел из дома.
Этот ответ задел старика, и он решил когда-нибудь отыграться на Осе. Однажды 
старик задумался, как ему поймать Осе на слове. В этот самый миг к нему в дом 
вбежал Осе и воскликнул:
— На улице льет, как из ведра! Одолжите мне, пожалуйста, зонтик и гэта 
(деревянные туфли).
Старик обрадовался возможности отыграться на Осе и очень вежливо предложил ему 
то, что тот попросил. Старик был уверен, что на этот раз Осе поблагодарит его, 
но этого снова не случилось. Осе быстро вышел из дома и вскоре прислал молодого 
монаха, чтобы вернуть взятые вещи. Монах был похож на своего мастера — он не 
поблагодарил старика, а только оставил вещи и ушел восвояси.
Через несколько дней Осе и старик встретились за чаем. Старик решил, что пришло 
время поговорить обо всем, и начал издалека:
— Вам не повезло в тот день, когда дождь застал вас на улице, правда?
— Да, не повезло. Надеюсь, молодой монах вернул вам зонтик и гэта!
— Конечно, вернул. Это было очень мило с вашей стороны, — сказал старик, 
заметив, что невольно сам благодарит Осе. Как он мог допустить такую 
оплошность?
Осе сидел напротив старика и улыбался. Старик не мог больше сдерживаться и 
выпалил:
— Осё-сан, вы плохо воспитаны. Вы могли бы по крайней мере сказать мне 
«спасибо»!
— Если я скажу вам «спасибо», тем самым я выплачу вам свой долг, — сказал 
Такуан спокойным голосом. — Я всегда про себя благодарю вас и никогда не 
забываю вашу доброту. Если же человек ожидает благодарности за свою доброту, 
это не настоящая доброта. Вы не должны рассчитывать на то, что станете 
свидетелем радости других и услышите их похвалу. Добрые дела сами по себе 
должны доставлять вам удовольствие, и при этом, давая что-то другим или помогая 
им, вы не должны ожидать награды. Такова настоящая доброта. 
Вы обманываете себя, если делаете что-то доброе из тщеславия или самодовольства.
При этом вы позволяете заблуждению войти в вас. Люди склонны к корыстолюбию. 
Делая одолжение другим, они стремятся получить что-то взамен. Ничего не 
понимает в людях тот, кто не видит различия между добротой и 
заинтересованностью.
Если вы делаете добро, руководствуясь только своими личными интересами, вы 
совершаете ошибку. Если же вы каждым своим действием стараетесь помогать другим,
вас никогда не постигнет разочарование.
Несокрушимый дух. 
Одно время у Иэмицу, третьего сегуна сёгуната Токугава, была любимая обезьянка. 
Она была очень шустрой. Однажды Иэмицу велел своим слугам попытаться ударить ее,
но ни одному из них не удалось это сделать. Тогда Иэмицу попросил мастера меча 
Япо сделать то же самое, но обезьянка была такой подвижной, что даже Япо не мог 
настичь ее. 
— Поскольку она прыгает быстрее молнии, лишь Такуан Осе из храма Токайдзи 
сможет опередить ее, — сказал Япо, и Иэмицу отправил посланца, чтобы тот 
доставил Такуана в замок.
— Осе, попытайтесь ударить эту обезьянку, — сказал сегун прибывшему Такуану.
Осе посмотрел, как она лежит на руках у сегуна и поднял свою палку священника. 
Только он поднял ее, чтобы ударить обезьянку, как она вскрикнула и простерлась 
перед Осе, словно умоляя о пощаде. Иэмицу и его свита была поражены и начали 
прославлять Такуана. В ответ Такуан рассмеялся и сказал:
— Здесь нет ничего особенного. Поскольку господин Япо и другие подданные 
беспокоились о том, что, целясь в обезьянку, сидящую на коленях у сегуна, они 
могут задеть самого сегуна, в их движениях недоставало духа. Но я был исполнен 
решимости если нужно, ударить самого сегуна. Обезьянка почуяла мой дух и 
испугалась.
Учение Такуана несложно. Нанося удар, просто наносите удар. При этом в вашем 
уме не должно быть ничего другого.
 
Холодная или горячая? 
Это история о детстве Такуана. В наши дни золотых рыбок можно купить на рынке 
очень дешево, но во времена Осе они были редкими и дорогими. 
Однажды летним днем, выполнив какое-то поручение своего наставника, молодой 
монах Такуан возвращался в монастырь и увидел, что у ворот храма остановился 
торговец золотыми рыбами.
— Эй, мальчик, видишь этих красивых золотых рыбок? — обратился к нему торговец, 
— Эти золотые рыбки привезены из Нанбана (Португалии и Испании). Они очень 
редкие.
— Неужели эти рыбки привезены из Нанбана? — не поверил Такуан.
— Да, оттуда, — ответил торговец.
Рыбки были очень привлекательны, и молодой монах засмотрелся на них, забыв о 
том, что возвращается в храм. В это время торговец, измаявшись на летней жаре, 
задремал в холодке. Мальчик долго смотрел на рыбок, а затем ему стало интересно,
сколько их в сосуде.
Он попытался сосчитать рыбок. Это было нелегко, потому что они постоянно 
плавали. Как он ни старался, ему не удавалось сосчитать рыбок, но он не 
сдавался. В конце концов он все-таки СМОГ их пересчитать. Оказалось, что всех 
рыбок в сосуде двести пятьдесят восемь. Проснувшись, торговец увидел, что 
молодой монах по-прежнему стоит рядом и смотрит на рыбок.
— Монах, ты что, хочешь купить несколько золотых рыбок?
— Да, хочу, но они слишком дорогие для меня.
— Ты действительно хотел бы приобрести рыбок? Что ты будешь делать с ними? — 
поинтересовался торговец, покуривая трубку.
— Выпущу их в пруд.
— Прекрасная идея. В таком случае, если ты сможешь сосчитать, сколько рыбок 
плавает в этом сосуде, я тебе подарю их всех. Ну что, по рукам?
«Тут он и попался!» — подумал молодой монах, но не подал виду, а лишь нахмурил 
брови и спросил:
— Если я сосчитаю рыбок, вы что, и правда отдадите их мне?
— Торговец золотыми рыбками никогда не обманывает, -ответил торговец.
— Но если вы мне их не отдадите, я вам этого никогда не прощу.
— А ты, молодой монах, что ты мне дашь, если ошибешься?
— Погодите, дайте подумать… Я отдам вам свое пирожное! Затем монах сделал вид,
что считает рыбок, хотя и знал заранее, сколько их в сосуде.
— Пересчитал! — воскликнул он.
— И сколько же рыбок в сосуде?
— Всего в сосуде двести пятьдесят восемь рыбок.
— Что ты говоришь?! Двести пятьдесят восемь рыбок? Нет, этого не может быть! — 
воскликнул торговец, побледнев с волнения.
— Что, я ошибся? — спросил монах. Торговец закатил глаза к небу и воскликнул:
— О шустрый мальчишка! Как тебе удалось их сосчитать? Наверное, ты сосчитал их, 
пока я спал?
— Да, я сосчитал их, пока вы спали. Почему бы и нет? Teперь я забираю их себе, 
ведь вы мне пообещали.
— О дорогой мой! Если ты заберешь всех моих рыбок, с завтрашнего дня мне нечего 
будет есть, потому что я зарабатываю себе на жизнь, продавая их ежедневно. 
Прости меня! Я совершил ошибку!
— Возможно, это так. Но обещание есть обещание.
— О какой ужас! Сжалься надо мной, — умолял торговец, сняв шляпу.
— Пока вы спали, я сосчитал рыбок в вашем сосуде. «Беспечность — величайший 
враг». Разве вы не знали об этом?
— Я знал, я знал.
— В таком случае дайте мне хотя бы одну золотую рыбку, — настаивал монах.
— Одна рыбка стоит одну монету, — быстро ответил торговец.
— Одну монету? Но я ведь могу забрать у вас всех рыбок до последней, не так ли?
Тогда торговец дал монаху одну рыбку. Тот побежал в монастырь и поместил рыбку 
в сосуд для мыла, который стоял на веранде. Затем он взял сосуд в руки и 
направился к мастеру.
— Ты опоздал. Где ты был все это время? — спросил мастер.
— Я выполнял ваше поручение, — спокойно ответил монах. Но тут мастер заметил, 
что в мыльнице, которая находится в руках у монаха, что-то движется. 
Присмотревшись, он разглядел в ней прелестную золотую рыбку.
— Что это? Золотая рыбка? — спросил он. Молодой монах объяснил ему, как он 
раздобыл ее. Мастер от души рассмеялся и неожиданно спросил:
— Скажи мне, эта золотая рыбка живая или мертвая?
— Какая милая рыбка. Смотрите, она прыгает! — ответил монах, который в это 
время смотрел на рыбку.
Мастер приблизился к нему и хотел заглянуть в сосуд, но монах выплеснул на него 
воду вместе с рыбкой и воскликнул:
— Скажите мне, эта вода холодная или горячая?! Даже у дзэнского мастера не 
нашлось слов, чтобы ответить на эту дерзкую выходку Такуана.
Такуан и разбойники. 
Осе путешествовал по дороге Танбадзи и пришел в местечко Иваяма. Было около 
трех часов пополудни. Он зашел в придорожную харчевню и спросил: 
— У вас найдется что-нибудь поесть?
— Добро пожаловать! Из вегетарианских блюд сейчас есть только баклажаны и 
сладкий картофель.
— Не беспокойтесь, я буду есть рыбу. Овощи не утолят мой голод.
— Разве монахи едят рыбу?
— Я ем все. Если у вас есть осьминоги, это будет еще лучше. И налейте мне сакэ, 
пожалуйста.
Пока Такуан ел рыбу, осьминогов и пил сакэ, он подслушал разговор за соседним 
столиком. Двое похожих на торговцев говорили с серьезным видом:
— Ты что-нибудь слышал о бандитах? Их поймали?
— Если бы поймали! Пять или шесть мужчин скрываются в горах и время от времени 
выходят на дорогу, чтобы грабить путников. Путешествовать становится опаснее с 
каждым днем.
— Господин этой местности должен разработать какой-то план, чтобы поймать их. 
Почему же он медлит?
— Это не так просто, как может показаться. Разбойники хорошо вооружены и 
скрываются глубоко в горах. Из-за них люди боятся путешествовать по этой дороге.
Это плохо сказывается на торговых делах.
— Простите, вы можете сказать мне, где появляются эти разбойники? — спросил 
Такуан.
— На ближайшей горе, — ответили торговцы.
— В древности считалось, что на этой горе живут демоны, а теперь на этой же 
самой горе поселились разбойники?
— Это не шутка. Я слышал, что там живут пять или шесть ренинов (самураев без 
хозяина), которые нападают на беззащитных путников.
— Мне очень неприятно об этом слышать. Должно быть местным жителям приходится 
нелегко. Хорошо, я поймаю их.
— О достопочтенный монах! Вы обещаете сделать великое дело, но скажите, как вам 
это удастся? Вы владеете боевыми искусствами?
— Нет, я не знаю ничего о боевых искусствах.
— Это плохо. Если вы отправитесь к разбойникам, не владея боевыми искусствами, 
вас сразу же убьют.
— Не бойтесь, мне ничего не угрожает. Разбойники ведь тоже люди. Я пойду туда и 
поговорю с ними.
— Вы говорите правду? — недоверчиво спросили торговцы. Такуан одним залпом 
допил свое горячее сакэ и сказал:
— Я всегда говорю правду. А вам стоило бы лучше разобраться в том, что вы 
делаете, покупая и продавая товары. Небеса дают нам деньги, чтобы мы не 
накапливали их. Если у вас есть сострадание, вы должны тратить заработанные 
деньги. Если же вы оставляете их у себя или покупаете одежду и не носите ее, 
разбойники найдут вас и заберут у вас все. Не разбойники в этом виноваты, а вы 
сами. Вы поступаете несправедливо, накапливая больше, чем вам нужно.
— Достопочтенный Осе, оказывается, вы великий защитник разбойников. Вы как-то 
связаны с ними?
— Не говорите глупостей. Я никак с ними несвязан. Хозяин! Можно мне уплатить за 
еду? — позвал Такуан, и когда хозяин харчевни подошел, он заплатил за съеденное,
купил у него еще две бутылки сакэ и вышел, сказав торговцам: — Я пойду к ним и 
одолею их!
Гора была покрыта густым лесом. В лесу было темно даже в дневное время. Осе 
уходил все дальше в лес в сопровождении одних лишь звуков своих шагов и криков 
птиц. Вскоре начали сгущаться сумерки. Была середина марта, и вокруг царила 
такая тишина, словно на горе не было ни одной живой души.
«Здесь я чувствую себя прекрасно. Лесная тишина делает мой ум кристально чистым.
Но лес такой густой, что в нем впору жить демонам. Скоро я уже встречу 
разбойников», — думал Такуан, углубляясь все дальше в горы. Наконец он увидел 
двух грубо одетых мужчин, сидящих у костра возле небольшой часовни.
— Здравствуйте! Это вы здесь разбойники? Мужчины подскочили от удивления.
— Кто ты? — спросили они.
— Кто я? Я человек, — ответил Осе.
— Без тебя знаем, что ты человек. Скажи нам лучше, какой ты человек? Чем ты 
занимаешься?
— Чем я занимаюсь? Я нищий монах.
— Нищий монах! Почему же ты бродишь в этом лесу в столь поздний час?
— Нет, сначала вы, разбойники, скажите мне, что вы делаете в этом лесу?
— Заткнись, нищий монах! Если у тебя нет денег, проваливай отсюда 
подобру-поздорову, — сказали разбойники.
— И не подумаю! Жизнь не настолько важна для меня, чтобы я убегал. И кроме того,
хотя я и нищий, у меня есть с собой деньги, — ответил Осе.
— Что? У тебя есть с собой деньги?
— Да, есть. У меня с собой много денег. Они такие тяжелые, что мне хотелось бы 
где-нибудь их оставить.
— Он сошел с ума.
— У вас наверняка есть главный. Мне бы хотелось поговорить с ним. Отведите меня 
к нему.
— Это всего лишь сумасшедший нищий! Зарубить его! — воскликнули разбойники, но 
как только они собрались обнажить мечи, Такуан ударил их посохом. Разбойники 
упали, и Такуан успел их связать, воспользовавшись их замешательством. Все было 
сделано так быстро, что разбойники не успели и глазом моргнуть.
— Пожалуйста, сжалься над нами! — попросили они.
— Я монах, и поэтому я не возьму ваших жизней. Отведите меня к своему 
предводителю.
— Хорошо, монах, — сказали разбойники и повели Такуана еще дальше в горы. Через 
некоторое время они привели его к лесной хижине.
— Сколько там человек? — спросил Такуан.
— Вместе с нами всего шесть. Сегодня утром двое отправились в деревню и еще не 
вернулись, стало быть, сейчас в хижине два человека.
— Добрый вечер! — сказал Такуан, заходя в хижину. Предводитель разбойников был 
очень удивлен таким поведением незнакомца и спросил у него:
— Кто ты?
— Я нищий монах, у которого нет дома под небесами, — ответил Такуан.
— Зачем ты пришел сюда?
— Я пришел сюда, чтобы поймать тебя и тем самым помочь людям.
— Что?! Ты пришел сюда, чтобы поймать меня? Ты смелый человек! Но остерегайся, 
я сейчас покажу тебе свое искусство, — сказал он и вышел из хижины, прихватив с 
собой длинное копье. Осе не спеша последовал за ним.
Разбойник поднял копье и принял боевую стойку. Осе сжал в руках свой монашеский 
посох. Некоторое время они стояли, прислушиваясь к дыханию друг друга, стараясь 
улучить момент для атаки. «Как удивительно! — думал Осе. — Этот разбойник 
выглядит как мастер копья. Если мне удастся поймать его и наставить на путь 
истинный, он будет полезен людям». «Какой бесстрашный монах! — думал разбойник. 
— В том, как он смотрит на меня, есть что-то жуткое».
Через некоторое время разбойник с криком атаковал Осе. Осе сделал вид, что 
копье пронзило его, хотя на самом деле он увернулся от удара. Хотя Осе никогда 
не изучал боевые искусства, он достиг состояния непоколебимой мудрости за 
пределами жизни и смерти. Он легко подался вперед телом, ударил разбойника 
посохом по рукам, и тот уронил копье на землю. После этого разбойник сделал шаг 
назад и схватился за рукоять меча, но тут подоспел Осе и, не дав противнику 
обнажить меч, свалил его на землю. Разбойник пытался продолжить борьбу, но Осе 
прижал его к земле и воскликнул:
— Эй, друзья-разбойники! Подайте мне веревку, которой я вас сегодня связывал!
Разбойники были потрясены. Монах победил их главаря прямо у них на глазах и 
теперь просил подать веревку, чтобы связать его. Им ничего не оставалось, как 
выполнить его приказ.
— В обращении с копьем ты слишком искусен, чтобы быть обычным разбойником, — 
сказал Осе, связав предводителя веревкой. — Назови свое настоящее имя.
— Мне стыдно называть свое настоящее имя, — сказал предводитель. — Я 
зарабатываю себе на жизнь тем, что нападаю на людей, но в прошлом я служил 
семье Оромо на острове Кюсю. Мой отец — великий мастер копья Онода Кагэю Гэнсин,
а я — его преемник. Меня зовут Когоро Ёсимицу. Много лет я изучал искусство 
копья под руководством своего покойного отца.
— Значит, ты — Когоро, единственный сын Онода Кагэю, которого называли еще 
Львиным Сердцем. Вот так встреча! — удивленно воскликнул Осе. У него были 
основания для удивления, потому что школа копья мастера Онода была широко 
известна.
— Как жаль, что ты стал разбойником! Но прежде чем продолжить разговор, давай 
вернемся в хижину, — предложил Осе.
Осе велел разбойникам приготовить ужин и поставил на стол сакэ, которое сам 
принес.
— Давай выпьем за наше знакомство, Когоро! Позволь мне наполнить твою чашу, — 
сказал Такуан, но Когоро был так посрамлен, что стыдился поднять на него глаза.
— Когоро, расскажи мне, почему ты стал разбойником, если ты родился в такой 
знаменитой семье?
— Мне стыдно отвечать на твой вопрос. По правде говоря, после смерти отца я 
обучал искусству поединка на копьях господина Отомо из провинции Бунго (ныне 
провинция Ойта). Я получал от него хорошее жалование и был вполне доволен своей 
жизнью. Но затем господин Отомо связался с шайкой негодяев и начал сторониться 
своих преданных слуг. Он целыми днями гулял, предаваясь разврату, и я был 
обеспокоен судьбой клана. Я начал высказываться об этом вслух, за что в конце 
концов мне запретили видеться с господином Отомо. Я не мог оставаться в этом 
доме и два года назад покинул Кюсю. По случаю мне предложили возглавить 
разбойников, и с тех пор я веду эту постыдную жизнь.
— Предки предупреждали: лучше умереть от жажды, чем украсть воды из чужого 
родника, — сказал Осе. — Поскольку ты родился в прославленной семье, ты 
совершил нечто большее, чем простое преступление, когда стал разбойником. Ты 
должен вернуться на истинный путь и в ратных подвигах восстановить честь своей 
семьи.
— Спасибо вам за ваше наставление, но я слишком далеко отклонился от истинного 
пути. Как я теперь буду смотреть в лицо людям? Лучше покончить с собой, чем 
жить в позоре! — Тут он выхватил короткий меч и собирался совершить харакири.
— Подожди! — велел Осе.
— Нет, Осе, я хочу умереть, как самурай, — сказал Когоро, исполненный решимости.
Осе увидел, что Когоро раскаивается и, если не покончит с собой, станет 
безупречным самураем. Поэтому Осе предстояло отговорить его от самоубийства. 
Задача была не из легких.
— Не торопись, неверный сын! — произнес Осе громовым голосом и, увидев, что 
Когоро немного расслабился, продолжил: — Нет ничего удивительного в том, что ты 
хочешь покончить с собой после того, что ты совершил. Но ты знаешь одно, и не 
знаешь другого. Даже разбойник, чтобы стать предводителем, должен иметь пять 
добродетелей. Прежде чем совершить нападение, ты думаешь о тактике; это 
мудрость. Несмотря на опасность, ты врываешься в дом и похищаешь казну; это 
смелость. Ты заботишься о своих людях; это следование долгу. Твои люди 
подчиняются тебе как предводителю; это уважение. Ты делишься награбленным с 
бедными; это щедрость. Без этих добродетелей невозможно стать даже разбойником. 
Таким образом, ты уважаемый человек, наделенный пятью добродетелями. Связавшись 
с разбойниками, ты совершил ошибку и отошел от истинного пути. Раскайся в своих 
недобрых делах и верни себе былую честь, Когоро.
— Достаточно, Осе! Я понял, — сказал Когоро. — То, что было, больше не 
повторится.
Осе любил подробно объяснять свои решения. Благодаря ясности своих рассуждений 
ему удалось отговорить Когоро от совершения харакири. Говорят, что впоследствии 
Когоро занимался под руководством господина Ягю Тадзима-но-ками и вошел в 
историю как знаменитый мастер боевых искусств.
Вмешательство Такуана всегда было спонтанным. Его намерение помочь человеку 
естественно вытекало из жизненных обстоятельств подобно тому, как из-под камня 
бьет чистый родник.
 
Человек познается в критический момент. 
 
Это случилось тогда, когда Такуан еще не был настоятелем храма Дайтокудзи. 
Неподалеку жил монах секты синего по имени Хасимото. Он был весьма красноречив 
и легко побеждал в споре других монахов. Хасимото очень гордился этим и часто 
ходил по окрестным храмам, приглашая всех состязаться с ним в искусстве диалога.
Он получил хорошее образование, что было редкостью в его время. Всякий раз, 
когда он приходил, монахи делали вид, что куда-то спешат, или же давали ему 
деньги, чтобы он оставил их в покое.
Однажды монахи, жившие в одном храме с Такуаном, собрались и принялись что-то 
оживленно обсуждать. Такуану это показалось странным, поэтому он подошел к ним 
и спросил:
— О чем вы говорите?
— Мы говорим о монахе по имени Хасимото, — ответили монахи.
— А, о Хасимото, об этом болтливом монахе! И в чем же дело с ним?
— Осе, вы уже его знаете? — удивились монахи.
— Да, я встретил вчера его в доме Дзинбэя.
— Он предлагал вам что-нибудь?
— Он спросил: «Может быть сегодня?», но я не обратил на него внимания. На этом 
все и кончилось.
— Так легко от него не отделяться. Он очень настойчив, — сказали монахи.
— Что, он хочет встретиться со мной? — спросил Такуан.
— Да, так и есть. Он говорит, что желает видеть вас и состязаться с вами в 
искусстве диалога. Он очень красноречив. Мы боимся, что вы потерпите поражение, 
и поэтому ищем возможность избавиться от него.
— И это все? — спросил Такуан, смеясь. — Не стоит об этом думать. — В отличие 
от монахов он был вполне спокоен.
— Вы действительно не против встретиться с ним?
— Не беспокойтесь. Подождите, и вы все увидите.
На следующий день Хасимото пришел в храм и монахи пропустили его к Такуану. 
Хасимото вошел к нему исполненный гордости, с высоко поднятой головой.
— Добро пожаловать! — сказал Такуан и попросил Хасимото подойти к нему поближе.
Когда Хасимото подошел вплотную, Такуан что-то шепнул ему на ухо, и Хасимото 
сразу же побледнел, словно от страха. Он оглянулся по сторонам и попятился. 
Затем, едва поклонившись Осе, он выскочил из комнаты и быстро убежал прочь. Осе 
все это показалось смешным, и его бока долго сотрясались от хохота.
— Осё-сама, скажите, в чем дело? Почему он убежал? — спросили Такуана 
удивленные монахи.
— Этот монах — всего лишь ребенок. Когда я шепнул ему: «Если ты победишь меня в 
диалоге, ты будешь иметь дело с моими сторонниками, которые спрятались с мечами 
в соседней комнате. Живым ты отсюда не выйдешь. Ну так что, будем состязаться?»,
он так испугался, что едва унес ноги. Очевидно, сам он не так хорош, как его 
язык, — и Осе снова засмеялся.
Если в человеке нет смелости и решимости стоять до конца, он не выдержит в 
трудную минуту.
Безмолвное понимание. 
У сегуна Иэмицу был любимый китайский пес. Это был очень большой кобель. Иэмицу 
заботливо ухаживал за своим псом и всегда брал его с собой на прогулку.Однажды, 
как водилось, сегун прогуливался с псом во дворе. Внезапно пес чего-то 
испугался и начал лаять на Иэмицу. Что сегун ни делал, чтобы успокоить его, тот 
продолжал лаять еще громче. Невозмутимый по своей природе, Иэмицу окончательно 
вышел из себя.— Что с тобой, противная собака? Почему ты лаешь на своего 
хозяина? Ты что, забыл, кто твой хозяин?Иэмицу решил, что пес лает потому, что 
у него слишком длинные уши.— Эй, есть кто-нибудь поблизости? Принесите ножницы 
и отрежьте ему уши!Один из прислужников бросился за ножницами, но тут к сегуну 
подошел Осе. Он плюнул себе на ладонь и протянул ее в сторону разъяренного 
зверя. Вскоре пес унялся и, виляя хвостом, принялся лизать его руку.Иэмицу был 
удивлен и спросил: — Что такого особенного в вашей руке, дзэнский мастер? Как 
вам удалось так легко успокоить взбесившуюся собаку?— Это результат действия 
высшей мудрости. Я успокоил его, направив в его сторону ум, исполненный 
безмолвного понимания.— Вот это да! — только и смог сказать пораженный сёгун.
 
Последние дни Такуана. 
 
Говорят, что выдающиеся монахи знают, когда наступит их последний час. 
Наступило одиннадцатое декабря 1645 года. Такуану тогда было семьдесят три года.
Ему нездоровилось, хотя он ничем не был болен. Монахи и родственники собрались 
возле его постели. Осе посмотрел на них и сказал: — Кажется, моя жизнь подходит 
к концу. Я пришел в одиночестве и ухожу в одиночестве. Пожалуйста, не сожалейте 
о моем уходе. Когда меня не станет, ешьте и пейте, веселитесь и танцуйте.Все 
были удивлены. Господин Ягю Тадзима-но-ками вышел вперед и сказал:— Осе, 
разрешите мне задать вам один вопрос?— Какой вопрос?— Мастер, вы знаете, когда 
наступит ваш последний час?— Прошлой ночью Амида явился мне и спросил: «Такуан, 
когда ты хочешь уйти, сегодня или завтра?» Я ответил ему; «Я не хочу уходить, 
но я знаю, что должен. Я приду через несколько дней». Сегодня я счастлив, что 
все вы собрались здесь проводить меня.Затем монахи — прислужники принесли 
рисовые пирожки и чай. Увидев это, Такуан сказал:— Не жалейте для собравшихся 
ничего. Угощайте их рыбой и сакэ. Пейте сакэ, ешьте рыбу и будьте здоровы. 
Продлевайте свою жизнь. Если вам пятьдесят лет, живите, пока вам не исполнится 
шестьдесят. Если вам шестьдесят, живите, пока вам не исполнится семьдесят.Затем 
Такуан сам совершил омовение. Он оделся в черную ткань и пурпурную мантию 
поверх нее. Он побрил себе голову, вышел к присутствующим и сказал им:— 
Похороните мое тело в горах за храмом. Просто засыпьте его землей и уходите. Не 
читайте сутр, не сооружайте алтаря, не принимайте поминальных приношений. В 
день похорон одежда и еда монахов пусть будут такими, как обычно. Не требуйте 
присвоения посмертного титула. Не возводите надгробия и не ставьте доски с 
надписью. Не собирайте моих изречений и не пишите моей биографии.Состояние 
Такуана ухудшалось, и тогда сегун Иэмицу прислал посланца, чтобы записать его 
последние слова.— Я не хочу умирать, — сказал Такуан.Услышав эти слова, 
посланник был очень удивлен и сказал:— Можно вас попросить сказать какие-то 
другие слова, мастер?— Я не обманул тебя. Я сказал правду. Я действительно не 
хочу умирать. Нет хороших предзнаменований, нет падающих цветов.Сказав эти 
слова, Такуан нарисовал большой иероглиф «Сон» и спокойно ушел в Нирвану.
Вечерние беседы в храме Токайдзи
Решимость 
Не бойтесь ничего. Того, кто боится, преследуют неудачи. Страх иногда допустим 
в обыденной жизни. Но в ответственный момент гоните страх прочь. Усомнившись 
хотя бы на мгновение вы потерпите поражение. 
Первородный ум 
Все, что вы делаете, делайте от всей души. Это и есть хансин (первородный ум). 
Если же вы сомневаетесь, действовать или не действовать, это какки (эмоции). 
Прилежно делайте то, что вы желаете делать, и не делайте того, в чем вы не 
уверены. Глубоко осознанные желания исходят от первородного ума, тогда как 
неуверенность — это проявление эмоций. 
 
Небо и земля подобны жерновам 
 
Чередование четырех времен года, а также течение дней и месяцев — все эти 
процессы являют естественный рост неба и земли. Это важная истина. Весной 
распускаются деревья и цветут цветы. Осенью листья опадают и возвращаются в 
землю, но вскоре снова приходит весна, и все начинается сначала. 
 
Но если вы не посадите дерево каштана, даже небеса не смогут вырастить его. 
Хурма тоже не вырастет, если вы не посадите ее. То же можно сказать о сливе, 
персике и других деревьях. Они не вырастут, если их не посадить. Подобное можно 
сказать обо всех растениях. Таким образом, небеса сами но себе не создают 
каштанов или хурму. Они лишь помогают им вырасти. 
 
Образно выражаясь, небо и земля подобны жерновам. Нижний круг жерновов — это 
земля, верхний-это небо. Вращающийся диск — это солнце, неподвижный диск — это 
луна. Жернова воплощают инь и ян. Вращаясь, жернова от начала до конца проходят 
круг, напоминающий чередование времен года от весны к лечу, от лета к зиме, а 
затем снова к весне. Чередование есть изменение, а возврат к началу завершает 
круг. Таков путь изменения. 
 
Когда вы засыпаете в жернова сухие чайные листья, получается чайный порошок. 
Когда вы засыпаете туда лекарство, получается порошок этого лекарства. Что бы 
вы ни поместили в жернова, оно выходит из них в измельченном виде. Так же 
происходит творение вещей. Когда жернова измельчают порошок или лекарство, их 
форма меняется, но жернова ничего не создают. Они просто движутся и вызывают 
изменения. 
 
Естественный рост неба и земли напоминает движение жерновов. Когда приходит 
весна, становится тепло. Затем приходит лето, и становится жарко. Осенью 
прохладно. Зимой холодно. Затем снова наступает весна, а за нею опять приходит 
лето. Небо и земля вращаются, словно жернова, и вещи возникают в соответствии с 
их природой. 
Если вы не поместите в жернова чай или лекарство, сколько бы вы ни крутили их, 
порошка не получите. То же можно сказать о небе и земле. Если никто не посеет 
семян, ничего не вырастет. Дикие цветы и травы имеют семена.. Когда семена 
высыпаются в землю, они прорастают благодаря заботе неба. Но даже небо и земля 
не могут превратить семена каштана в семена хурмы. Каштан останется каштаном до 
конца времен. Если вы сажаете семечко каштана, из него никогда не вырастет 
хурма. Слива никогда но родит персики. Каждое живое существо обладает 
собственной го (кармой). Слива всегда слива, персик всегда персик. Человек в 
этом смысле — не исключение. Все живые существа подчиняются этому же закону. 
Каждое существо растет и существует в соответствии со своей кармой и поэтому 
его называют ин-го. 
В конфуцианстве говорится, что вещи воплощают в себе икки (одно дыхание). Вещи 
суть порождения неба, и поэтому они естественны. Если это так, может ли слива 
расти, если ее не посадить? Может ли персик цвети, если его не полить? Если все 
происходи? естественно, может ли посаженная слива в один прекрасный день стать 
персиком? Такого быть не может. Каждое растение следует своей карме: слива есть 
слива, персик есть персик. Небеса не создают, а лишь питают их. Слива и персик 
дают плоды сливы и персика, повинуясь естественному росту неба и земли. 
Три типа плохих действий 
 
Действия совершает каждый. Действия бывают хорошими и плохими. Плохие действия 
бывают трех типов — действия тела, уст и ума. Убийство, воровство и 
прелюбодеяние — действия тела. Ложь, оскорбление и бессмыслица — действия уст. 
Алчность, гнев и досужие жалобы — действия ума. Тело и уста не могут сделать 
что-то без участия ума. Поэтому наибольшую опасность таят в себе недобрые 
действия ума. 
 
Три яда 
 
Действия ума содержат три яда — алчность, гнев и досужие жалобы. Три яда 
являются источником всех порочных действий. Алчные люди поджигают дома, убивают 
людей и крадут имущество других. Так происходят многие плохие действия. Гнев 
приводит к ссорам в семье и вражде между братьями и друзьями. Люди убивают Друг 
друга и совершают другие предосудительные поступки. Люди, жалующиеся на свою 
жизнь, невежественны и не видят подлинного состояния вещей. Они действуют 
предвзято и не могут выносить людей, предрассудки которых отличаются от их 
собственных. Предвзятость в суждениях рождает ссоры. Кроме того, жалобы на 
жизнь являются источником множества других неприятностей. 
Жизнь есть сон 
 
Жизнь подобна сновидению. Мы живем в мимолетном, преходящем, мире. Даже если вы богаты и получаете удовольствие от жизни, вы напоминаете человека, которому 
снится, что он нашел золото. Такой человек радуется своей находке:, не 
подозревая, что всего лишь видит сон. Какова бы ни была ваша радость от 
богатства, которое вам снится, проснувшись, вы увидите, что ваше золою не 
настоящее. То же можно сказать и о преходящих удовольствиях этой жизни. 
Во время сна вы не осознаете, что видимое нереально. Вы можете осознать это, 
лишь проснувшись. Эта жизнь подобна сновидению, и вы живете, не подозревая, что 
вас окружают иллюзии. Вы считаете подлинными свои сокровища. Если у вас 
красивый дом, вам в голову не приходит, что это всего лишь мираж, иллюзорный 
замок в воздухе. Вы счастливы, думая, что живете в своем собственном доме. 
О поединке с противником тоже можно сказать, что он имеет место во сне. 
Проснувшись, вы понимаете, что ни вас, ни вашего противника нет и никогда не 
было. Вы продолжаете считать свое «я» и «я» своего противника реальными, 
забывая, что реальность — не больше, чем сон. Победа радует вас, и поэтому вы 
сражаетесь с надеждой на победу. Но было бы лучше, если бы вы не привязывались 
к исходу поединка. 
Как стать бесстрастным, равнодушным к победе и поражению? Тот, кто живет, 
опасаясь поражения, позволяет огню страха медленно сжигать себя. Разве его 
можно назвать невозмутимым? С другой стороны, тот, кто победил, ликует. Но 
разве он при этом находит что-то хорошее в своем ликовании? Его можно уподобить 
человеку, который смеется в пустоте. 
Когда люди одеваются в богатые одежды, человек пытается одеться еще лучше. 
Когда все вокруг строят богатые дома, человек пытается построить себе дом еще 
лучше. Но разве не лучше было бы каждому жить по своим средствам? 
Когда кто-то демонстрирует свои умственные способности, другие пытаются 
превзойти его. Но разве Чжуан-цзы не говорит, что талант — это предлог для 
соперничества? Когда одних выдвигают на высокие должности, другие также 
начинают добиваться продвижения. Однако вода всегда стремится занять низшее 
положение. Она никогда не устремляется против течения. Разве Лао-цзы не 
приводит воду в качестве примера морали? 
 
Как избавиться от трех ядов? 
 
В соответствии с конфуцианством, досужие жалобы являются проявлением природы 
человека, и люди ничего не могут с ними поделать. Однако в буддизме мы видим 
это по-другому. Буддизм утверждает, что мы можем избавиться от трех ядов: 
алчности, гнева и досужих жалоб. Глупо считать, что человек не может избавиться 
от своих пороков, и в качестве довода утверждать, что они составляют 
неотъемлемую часть его природы. 
Не избавившись от пороков, мы не преуспеем в нашем искусстве. Каждая вещь 
обладает мудростью и глупостью. Если мастер, изготовляющий луки, не знает тайн 
своего ремесла, его нельзя назвать мастером. Если же он всегда стремится 
улучшить свое мастерство, он достигает совершенства. 
Без практики невозможно стать мастером. Это относится не только к изготовлению 
луков и мечей, по и к другим ремеслам, не говоря уже об изучении буддизма, 
конфуцианства и даосизма. Неведение можно преодолеть, если настойчиво учиться. 
Тот, кто не совладал со своей врожденной глупостью, никогда не станет мудрым. 
Если вы настойчиво тренируетесь, вы постигаете мудрость своего искусства. Так, 
человек может быть глупым, но если он настойчиво занимается, его глупость 
исчезает, а на ее месте возникает мудрость. 
Путь охватывает все вещи, и поэтому, постигнув одну вещь, вы овладеваете всеми 
остальными. Некоторые люди утверждают, что, достигнув совершенства на каком-то 
одном Пути, человек является мастером всех Путей. Хотя он мудрец, он может, 
например, не уметь ездить на лошади. Действительно, в таких рассуждениях есть 
доля истины, но мы не должны забывать, что все проявления реальности имеют два 
аспекта, дзи и ри. 
Все здесь не так просто, как может показаться. Дзи — это техника, ри — это 
принцип. Тот, кто знает принцип, может не практиковать искусство, и все же 
обладать некоторым пониманием его сути. Так, человек может быть хорошим 
наездником, но не уметь подчинить себе лошадь. Он может знать, как следует 
обращаться с лошадью, но при этом плохо согласовывать свое намерение с 
намерением лошади. Если же вы можете достичь гармонии с лошадью, она всегда 
будет слушать вас. Дополняя безукоризненную технику пониманием принципа, вы 
становитесь безупречным, и тогда в искусстве верховой езды никто не сравнится с 
вами. 
Скульптор создает произведения с помощью резца, но сам резец изготовлен 
кузнецом. Скульптор знает, хороший или плохой у него резец, можно ли этим 
резцом обрабатывать дерево или только бамбук, но один только кузнец может 
сказать, в чем различие между процессами изготовления резца по дереву и резца 
по бамбуку. Таким образом, кузнец знает принцип, а скульптор — технику. 
Человеку, который овладел техникой и постиг принцип, нету равных. 
 
Обусловленность 
Считается, что вещи между небом и землей не создаются по отдельности, а 
возникают одновременно. Поэтому они рождаются легко и спокойно. Я утверждаю, 
что если нечто создается внезапно, без предварительной подготовки, оно 
естественно. Однако некоторые вещи могут быть предопределенными, они не 
возникают спонтанно. Так действует закон причины и следствия. Конфуцианцы могут 
считать, что такие вещи естественны, но в буддизме они называются 
обусловленными. В соответствии с нашим учением небо, земля и все вещи созданы 
обусловленное и поэтому они не естественны. 
Вообразите вора. Небу чужда сама идея воровства, но человек находит для него 
место в своей жизни. Мне можно возразить сказав, что если все происходит по 
воле небес, то воровство также случается по воле небес. Но я не думаю, что это 
так. Причиной воровства является человеческое желание. Потакание желанию со 
временем переходит в привычку. 
Спонтанный ум 
Если человек отвечает на вопрос сразу же после того, как вопрос прозвучал, его 
ум называют дзикисин (спонтанный ум). Ответ после размышлений есть результат 
выбора одной мысли из нескольких возможных, и поэтому такой ответ не является 
действием спонтанного ума. Отвечая без промедления, вы пробуждаете в себе 
спонтанный ум (ум Будды), который дает подлинный ответ на вопрос. Вы причиняете 
себе неудобство, слишком много размышляя над ответом. Спонтанный ум есть ум 
Будды, тогда как размышление и выбор есть страсть, болезнь и причина страданий. 
Заблуждение и просветление 
 
Знаете ли вы, почему измельченные ракушки используют при изготовлении 
благовоний? Дело в том, что запах ракушек делает запах благовоний более 
устойчивым и помогает ему проникать в одежду. Запах ракушек — не лучший запах. 
Можно сказать даже, что он неприятен. Но этот плохой запах позволяет получать 
хорошие благовония. 
 
Без заблуждений и страстей живые существа не могли бы превращаться в будд, а 
бодхисаттвам не было бы кого спасать, потому что с самого начала все были бы 
просветлены. Благодаря заблуждениям живые существа входят в лоно матери и 
перерождаются. Поскольку есть живые существа, есть и Будда. Где есть 
заблуждение, там есть просветление. 
 
Без круговорота рождения-и-смерти не было бы Нирваны. Заблуждение и 
просветление являются противоположными концами одной палки. Изначально они 
пусты и гармоничны. Они существуют в мире, в котором нет рождения-и-смерти, 
нирваны и порока. Когда человек осознает это, его заблуждение становится 
просветлением. Другими словами, заблуждение и просветление идут вместе. 
Как достичь такого состояния? Все, что мы переживаем и делаем в этой жизни, 
иллюзорно и подобно сновидению. Если мы постигаем, что изначально ничего не 
существует, мы прекратим видеть форму. Когда человек не видит формы, он 
естественно освобождается от привязанности. Таким образом, чтобы преодолеть 
привязанность, следует прекратить различать форму. Выйти за пределы формы 
означает вступить в царство свободы. Впоследствии, продолжая жить в мире, 
человек осознает, что ничто в мире не может его ограничить или поработить. 
 
Огонь угасает, но не исчезает 
 
В «Лотосовой сутре» говорится: «Угасание и освобождение (Нирвана) Будды сродни 
догоранию дерева». 
Люди понимают это неправильно и говорят: «Желания возникают, потому что у нас 
есть глаза; вместе с глазами уйдут и наши желания». Или: «Именно глаза 
соблазняют нас. Чтобы не было соблазна, нужно ничего не видеть. Поэтому тот, 
кто ничего не видит, не перевоплощается». 
Но здесь люди совершают ошибку. Верно, что когда дрова догорают, огонь угасает. 
Но если после догорания одних дров огонь переходит на другие, такой огонь будет 
гореть вечно. То же самое можно сказать о человеке. Когда он умирает, его тело 
распадается и исчезает, но если у человека осталось желание, оно влечет за 
собой его дальнейшие перевоплощения. Желание такого рода называется кармой (го).
Поэтому, даже когда человек умирает и теряет тело, его карма при этом 
сохраняется. 
 
Не понимая этого принципа, мы не можем постичь подлинную природу смерти. 
Предполагая, что после смерти ничего не остается мы совершаем ошибку. Что 
происходит, если после догорания дров и потухания огня вы не подбрасываете 
больше дров? В этом случае говорить, что огонь потух, было бы неправильно. 
Дрова сгорели, огонь погас, но природа огня не прекратила существовать. 
Природа огня вездесуща. Чтобы увидеть новое воплощение огня, вам достаточно 
что-нибудь зажечь. И даже если во всем этом мире не останется ни одного очага 
огня, это не будет означать, что огонь исчез навсегда. Мы можем возродить его 
снова в любую минуту. Природа огня не может исчезнуть. И тем не менее, когда мы 
видим, что огонь угасает, мы говорим, что он погас, тогда как на самом деле он 
не прекращается, а существует вечно. 
 
Вы можете спросить: «Если огонь не прекращается, почему мы говорим, что он 
погас?» Люди видят одно лишь пламя. Когда оно исчезает, они больше его не видят,
и им кажется, что огонь потух. Но огонь существует вечно. Зажгите дрова, и вы 
увидите, как пламя поднимается вверх. Пламя возникает из природы огня. Даже 
если оно исчезает, природа огня остается без изменений. Можно сказать, что 
природа огня одинакова в камне и сухой траве. Когда вы ударяете камень о камень,
возникает искра. Когда она попадает на сухую траву, возникает пламя. 
Человек подобен огню. Даже если он умирает, и его тело исчезает, подлинная 
природа человека (дзитэй) пребывает вечно. 
 
Белое дерево и черное дерево 
Когда один кусок дерева догорает, огонь охватывает другие. Бывает дерево двух 
типов, белое и черное. Хорошая карма подобна белому дереву, плохая подобна 
черному. Карма — это дерево, а дерево — это огонь. Огонь, распространившийся на 
черное дерево, становится нечистым. Это огонь трех низших миров: преисподней, 
мира голодных духов и мира животных. 
С другой стороны, чистый огонь, или огонь, сжигающий белое дерево, возносится 
на небеса и горит в Чистой Земле (Дзедо). Тот, кто привязан к плохой или 
хорошей карме, постоянно перевоплощается. Человек, освобожденный от 
кармического огня, проявляет свою подлинную природу, которая подобна подлинной 
природе огня. Подлинная природа огня не имеет ничего общего с белым и черным 
деревом. Она пребывает в царстве истины и безграничного просветления. Подобно 
солнцу и луне, она освещает мир днем и ночью. Подобно радужному нимбу, она 
венчает солнечный и лунный свет. 
Иногда люди спрашивают: 
— Мэн-цзы говорил, что природа человека отличается от природы собаки или коровы.
Означает ли это, что существует две разные природы? 
— Двух природ не существует, — отвечаю я. 
— Хотите ли вы сказать, что животные обладают лишь частью этой природы, тогда 
как человек олицетворяет ее полностью? 
— Нет, не совсем так, — отвечаю я. 
— В таком случае, человек ничем не отличается от собаки или кошки? 
— Природа живых существ одна, но функция этой природы в разных существах 
различна, — отвечаю я. — Различие между собакой и человеком, между Буддой и 
живыми существами подобно различию между водой и волнами. Функция природы Будды 
перевоплощается в круговороте Шести Миров, которые охватывают ад, царство злых 
духов, мир зверей, чистилище, мир людей и небеса. В дзэн мы уходим туда, где 
вода и волны еще не разделились. Будда и живые существа отличаются друг от 
друга. 
Ничто не случайно 
 
Меня спрашивают: 
— Хороший человек и плохой человек вышли прогуляться ночью. Плохой человек шел 
вслед за хорошим, и когда несчастье случилось с хорошим, плохой успел его 
избежать. Означает ли это, что несчастье действительно случилось с хорошим 
человеком тогда как плохой его избежал? Разве небеса не защищают хороших людей 
и не наказывают плохих? 
— Таков путь небес, — отвечаю я. — От небес нас никто не защитит. Мы будем 
неправы, если скажем, что небеса предпочитают хороших людей плохим. Небеса 
помнят о хороших людях, но никогда не забывают и о плохих. Лишь человек 
отличает хорошее от плохого. 
— Если вы говорите, что небеса всегда справедливы, почему хорошее поведение 
человека не всегда оценивается по достоинству, а плохое поведение не всегда 
наказывается? — спрашивают меня. 
— Если вы так полагаете, сегодня же начните поступать не правильно и посмотрите,
что из этого выйдет, — отвечаю я. Плохое поведение станет для вас привычным и 
в конце концов вас погубит. Если же вы продолжите делать добрые дела, в конце 
концов они принесут вам удачу. Вы обязательно достигнете успеха в жизни. 
В случае, когда хороший человек шел впереди плохого и попал в переделку, не 
небеса послали ему неудачу, а он сам ее выбрал, решив идти впереди плохого 
человека. Небеса здесь ни при чем. Он может быть хорошим человеком, но если в 
его прошлой карме есть следы плохого поведения, его неожиданно постигнет 
неудача. 
Плохой человек шел вслед за хорошим и избежал неприятностей. Это может быть ему 
наградой за хорошие дела в прошлой 
жизни. Обычно люди пожинают плоды того, что посеяли в этой жизни, но иногда они 
получают вознаграждение за предыдущие жизни. Что касается вышеупомянутого 
несчастья, то речь идет о кармическом воздаянии человеку за его предыдущие 
жизни, хотя может показаться, что это случайность. 
Случайностей не бывает. Все закономерно. Тот, кто говорит о случайностях, не 
понимает подлинного пути небес. 
 
Хорошее и плохое 
 
Устранение последствий плохих дел с помощью хороших дел подобно возжиганию 
благовоний в плохо пахнущем помещении. Так мудрец опережает глупца, а луна 
затмевает звезды. 
Жажда заставляет вас думать о воде. Голод заставляет вас думать о еде. Слыша 
карканье ворона или вой лисицы, вы вспоминаете о неудачах и думаете, что это 
может быть плохим предзнаменованием. Но судьба естественна. То же касается 
удачи в повседневных делах. Когда несчастье случается, оно случается. Когда 
приходит удача, она приходит. Неудачи не сопровождают нас все время. То же 
самое можно сказать и об удачах. 
 
Добро и зло, везение и невезение — все относительно и подобно двум колесам 
одной повозки. Если зла нет, добра тоже нет. Как бы вы ни стремились к удаче, 
вы не можете всегда быть удачливыми. Даже если вы ненавидите неудачу, вы не 
можете сделать так, чтобы неудача никогда не постигала вас. Поскольку удача и 
неудача следуют друг за другом по кругу, будет лучше, если вы забудете? о них и 
не будете волноваться. Когда вы не обеспокоены удачей и неудачей, на душе у вас 
легко, и вам дела нет до каркающих воронов и воющих лисий. 
Добро и зло не отличаются друг от друга. Изначально между ними нет разделения. 
Но поскольку мир живых существ появился, даже если он мимолетен, двойственность 
добра и зла необходима для спасения души. Люди подверженные иллюзии, сами 
порождают добро и зло. Но если вы ненавидите зло, почему вы делаете зло? Если 
вы любите добро, почему вы не делаете добра? Вы сами порождаете зло, и когда 
оно возвращается к вам, вы не можете его принять. Вы объясняете свою неудачу 
плохими предзнаменованиями, карканьем ворона или воем лисицы. Это неправильно. 
 
Вы не понимаете, что это возмездие за ваши плохие дела. Подчас люди завидуют 
благосостоянию тех, кто в прошлом совершал добрые дела. Почему люди ожидают 
награды, если сами ничего доброго не сделали? 
— Иногда доброму человеку не везет, и он проводит вас свою жизнь в ничтожестве, 
тогда как плохой человек получает звание, наследство и живет всю жизнь 
счастливо. Почему так происходит? — спрашивают у меня. 
— Такие вопросы задают с древних времен, — отвечаю я. — Депо в том, что добрый 
человек может получить возмездие за свои плохие дела, содеянные в предыдущих 
жизнях, так, словно он совершил эти плохие дела вчера или позавчера. При этом 
последствия его хороших дел не проявляются этой жизни. Они дадут о себе знать в 
его будущих жизнях. 
В «Алмазной сутре» говорится, что некоторые люди с плохой кармой, которым под 
стать перевоплотиться в аду, иногда перевоплощаются в этой жизни в обличье тех, 
кого все презираю г. При этом их плохая карма заканчивается, и им нет нужны 
перевоплощаться в аду. Это означает, что их карма очищается в этой жизни, и в 
будущем они могут перевоплотиться на небесах. 
 
Вежливость 
 
Борец на помосте желает победить своего противника. Он радуется, когда 
побеждает слабого противника, и страдает, когда сильный противник побеждает его.
Злонамеренные люди, желающие причинить вред другим, навлекают на себя 
несчастья. Ясно, что если вы притесняете более слабых, более сильные будут 
притеснять вас. Чтобы люди относились к вам хорошо, вы должны желать им добра. 
Желать другим счастья очень трудно. Среди живых существ редко встретишь тех, 
кто не соперничает друг с другом. Не только люди, но животные, птицы, насекомые 
и даже черви — все постоянно противостоят друг другу. Тот, кто не проявляет 
соперничества в отношениях с другими, ведет себя вежливо. Только люди могут 
быть вежливыми. Когда встречаются невежливые люди, они сразу же вызывают друг 
друга на поединок. Такие люди ничем не отличаются от зверей и птиц. 
Любовь и сострадание 
Глядя на то, как иные люди заботятся о своих ближних, мы видим, что в 
действительности они не любят ближних, а любят самих себя. Они заботятся о 
других только тогда, как это выгодно для них самих. Так, когда мы видим, что 
некоторые люди кормят своих детей нездоровой пищей, это происходит прежде всего 
потому, что они сами не могут устоять перед искушением есть эту пищу. 
Желание непрерывно заботиться о детях для многих родителей заняло место 
подлинной любви. Кроме того, некоторые родители позволяют своим детям делать то,
что им вздумается, Они во всем потакают им, и это имеет самые плачевные 
последствия. Любовь таких родителей не имеет ничего общего с подлинной любовью. 
Конечно, если вы позволяете детям делать все, что они пожелают, они рады этому. 
Но при этом ваша любовь к ним портит их характер. Они тонут в вашей любви. 
Хотя Будда заботится о людях подобно тому, как родители заботятся о своих детях,
его любовь не имеет ничего общего со слепой любовью недалеких родителей. Будда 
знает, что люди любят рыбу и мясо, но он запрещает им употреблять в пищу рыбу и 
мясо. Будда предостерегает людей против вожделения и употребления спиртных 
напитков, хотя к этому склонны многие. Будда дает людям Пять Заповедей (не 
убивай, не кради, не возбуждай желание, не лги, не напивайся пьяным). Так Будда 
проявляли к людям поистине великое сострадание. 
Мир в наше время 
Словосочетание «в наше врем» используют в каждую эпоху. Конечно, тридцать лет 
назад — это далекое прошлое по сравнению с тем, что происходит сейчас, но 
тридцать лет назад люди также говорили «в наше время». Тот, кто не любит 
происходящего в современном ему мире, не полюбит и то, что было за тридцать лет 
до этого. Тридцать лет назад также было время, которое называли «далекое 
прошлое». Тот, кто не любит настоящего, а преклоняется перед прошлым, не постиг 
смысла жизни. Хорошее и плохое время может быть и в прошлом, и в настоящем. О 
мире, который был тридцать лет назад, я могу сказать лишь то, что обычаи тогда 
немного отличались от нынешних. 
 
Цвет и семена 
Если пожевать сливовый цвет, окажется что на вкус он напоминает ядро сливовой 
косточки. Вкус цветов близок к вкусу семян. Семя — источник дерева. Ветви и 
листья вырастают из него, но когда вы жуете их, их вкус не напоминает вкус 
семян. Причина этого в том, что цвет ближе к семенам, чем другие части дерева. 
Цвет дерева подобен его духу. Он выражает его суть. Изначальную природу 
человека сравнивают с его семенем. Она есть исток человека. Она проявляется в 
его словах и действиях. Она безошибочно угадывается во всем, подобно тому, как 
вкус сливы присущ ее цветам и ядрам ее косточек одновременно. 
Эмоции человека подобны ветвям или листьям сливы. Они проистекают из его 
подлинной природы, но теряют связь с ней, когда человек одержим страстью. В 
эмоциях человека, как в ветвях и листьях дерева, нет подлинного вкуса. Если бы 
дерево, сливы рождало только листья и не рожало цветов, кто бы любил сливу? То 
же касается людей, в которых нет истины. Кто любит таких людей? 
Даже злонамеренный человек обладает подлинной природой, но она так глубоко 
зарыта среди его иллюзорных представлений, что ее суть не может проявиться. 
Когда хороший человек, избавившись от иллюзорных представлений, следует своей 
подлинной природе, в нем проявляема истина. 
Шесть органов чувств и их господин 
 
Слепой видит ушами, а глухой слышит глазами. Если каждый из шести органов 
чувств проявляет не свойственную ему функцию, как это можно объяснить? 
Когда слепой человек говорит, он говорит о цвете. Когда глухой человек пишет, 
он пишет о звуке. Почему так происходит? 
Потому что и слепой, и глухой наделены умом. О том, кто потерял ум, говорят, 
что он сошел с ума. Он может видеть, но не видит. Он может слышать, но не 
слышит. 
Иссин (единый ум) — господин тела. Шесть органов чувств его слуги. Слуги служат 
своему господину во внешних делах. Господин принимает решения. Потеряв 
господина, они не могут больше оставаться слугами. Мертвое тело, наделенное 
шестью органами, не может ничего сказать. 
Срединный путь 
 
Люди спрашивают меня, что лучше всего на свете. Я отвечаю: блаженство. В 
буддизме его называют также блаженством ума, достигшего умиротворения и 
освободившегося от кармы. 
Что можно сказать о срединном пути? Лучше всего; соблюдать умеренность. Так, 
например, нет ничего приятнее, чем лежать в постели, но если вас заставить 
пролежать в постели с утра до вечера, это может обернуться для вас страданием. 
Вам захочется подняться и приступить к обыденным делам. Приверженность чему-то 
одному причиняет страдания. Так, если вы с утра до вечера едите только сладкое, 
через несколько дней оно будет казаться вам горьким. Если вы долгое время 
сидели, вам захочется встать и пройтись, но если вы долгое время идете, у вас 
могут заболеть ноги. То, в чем вы соблюдаете умеренность, приносит удовольствие.
Испытывая голод, вам хочется что-нибудь съесть, но когда вы наелись, пища вам 
больше не нужна. 
Соблюдая умеренность, вы приближаетесь к блаженству. То же самое можно сказать 
обо всем, что приятно для глаз. Знание меры — вот залог подлинного 
удовлетворения. Знающий меру довольствуется немногим. Тот, кто не знает меры, 
страдает от излишеств. Не зная меры, человек страдает в течение всей жизни. Тот,
кто знает меру и не имеет желаний, будет счастливым даже в бедности. Все 
боятся бедности, но если человек наслаждается бедностью, откуда у него 
возьмется страх перед ней? 
Знать меру означает быть в заоблачной стране. Это утонченное удовольствие 
невозможно описать словами. 
 
Путь мудреца 
 
Люди проглатывают слова мудреца, не переварив их. Поэтому они не могут постичь 
Путь мудреца. То же самое можно сказать о перце. Если вы проглатываете 
горошинку перца, не разжевав ее, разве вы можете знать, что это такое? Можете 
ли вы любить перец, не зная, какой у него вкус? Путь мудреца подобен вкусу 
перца. Когда вы разжуете и распробуете этот Путь, вы узнаете, как можно на него 
стать. Принимая же его на веру, вы не можете оценить его по достоинству. 
Все пути подобны этому. Хурма приятна на вкус, но только после того, как вы 
попробовали ее сами. Конечно, пища, которую проглатывают не жуя, тоже 
переваривается желудком и подкрепляет тело. Но чтобы по-настоящему понять слова 
мудреца, их следует разжевать, а не проглатывать, не задумываясь. Но даже 
проглотить их, не задумываясь, лучше, чем не услышать их вовсе. 
Будда знает, как трудно постичь Путь тому, кто не стремится к просветлению. Это 
напоминает ребенка, который пьет молоко, но не думает о его вкусе, пока не 
вырастет. Но когда он вырастает, понимание, что есть вкус молока, приходит к 
нему естественно. Вы можете прочесть книгу, написанную мудрецом, но так и не 
осознать, кем она написана. Но если вы следуете по Пути мудреца, наступает 
время, когда вы осознаете, что представляет собой этот Путь, и впоследствии вы 
уже никогда не сойдете с него. 
Радость одиночества 
 
Я не понимаю, как люди могут чувствовать себя одиноко. Когда мой посетитель 
уходит, я погружаюсь в покой и безмятежность. Приближаются сумерки, и я 
чувствую счастье, потому что знаю, что в этот день никто больше не придет, и я 
снова буду один. Когда я гляжу на спокойную луну или вслушиваюсь в шум дождя, 
мне хочется говорить о них «мой дождь», «моя луна». Но я живу в одиночестве не 
для того, чтобы пребывать в покое и безмятежности. Если бы я жил в одиночестве 
ради удовольствия, я бы ничем не отличался от людей, которые любят роскошь и 
танцы. 
Одни черви любят горькие плоды, а другие любят сладкие. Наши вкусы определяются 
тем, что мы любим. Жизнь в веселом квартале отличается от жизни в горах, но 
если мы привязаны к жизни в горах, мы подобны тем, кто живет в веселом квартале.
Отступать от Пути во имя удовлетворения желаний означает вести жизнь искателя 
удовольствий. Одни отступают от Пути Будды, потому что зарабатывают деньги на 
продаже буддистских реликвий, другие — потому что живут в уединении. Следует 
помнить, что многие из тех, кто уходит в горы, идут туда в поисках удовольствий.
Не бойтесь своего врага 
 
Не следует бояться врага. Следует бояться союзника. Изначально врагов не 
существует, но ваш союзник может стать врагом. Если вы делаете своему врагу 
одолжение, он становится вашим союзником, но если ваш союзник недоволен вами, 
он может стать вашим врагом. Если вы не делаете никому одолжений, вы вызываете 
в людях неприязнь, куда бы вы ни пошли, везде будете встречать только врагов. 
Провидение 
 
Провидение подобно сосуду для масла в лампе. Люди видят сосуд для масла, но 
никто из них не знает, сколько масла в нем осталось. Тело человека подобно 
сосуду. Когда масло кончается, лампа гаснет. То же можно сказать и о 
человеческой жизни. Когда провидение изменяет человеку, его жизнь кончается. 
Правильное и неправильное 
 
Все знают, что правильно, а что неправильно, что чисто, а что нечисто. Вещи 
разделены на хорошие и плохие. Нет тех, кто бы не любил чистую комнату и 
убранный сад. Даже злонамеренный человек не любит зла в других людях. Он 
убирает мусор в саду и следит за тем, чтобы дерево, посаженное им, росло 
правильно. Он не замечает своих плохих поступков и нечестности, но не может 
выносить обман и зло в других людях. 
Замечайте даже прыгающую блоху 
Замечайте даже прыгающую блоху. Таково проявление великого принципа. Оно 
помогает нам понять сам великий принцип. Корова и лошадь рождаются большими, а 
блоха малой, но корова, лошадь и блоха в равной мере выражают великий принцип. 
Не судите о них на основании их размера. Их уникальность не в их размере. 
Представьте себе, что у вас есть статуи блохи, коровы, лошади и льва, сделанные 
из чистого золота. Все они сделаны из золота, но отличаются друг от друга. 
Круглый лист лотоса и тонкая иголка сосны также сотворена различными. Все 
проявляет великий принцип. 
 
Отрицайте себя и следуйте долгу 
В «Аналектах» Конфуция есть слова: «Отрицайте себя и следуйте долгу». Отрицать
себя означает посвящать себя целиком выполнению одной задачи. Отрицать себя 
означает также побеждать желания. Следовать долгу означает возвращаться на Путь.
Следовать долгу — Путь, которому должен следовать человек. Если вы делаете 
лишь то, что вам нравится, вы отклоняетесь от истинного Пути. Возвращаясь к 
принципам, вы слова становитесь на Путь. Поэтому следование Пути и следование 
долгу — одно и то же. Не следует считать, что эти высказывания означают разные 
вещи. Примером может служить вылепливание сосуда из глины. Сосуд и форма, по 
которой его вылепливают, одинаковы. 
Обычные люди устремляются за удовольствиями и отступают от Пути. Достойный 
человек отрицает себя и делает Путь своим принципом. При этом ему не нужно 
следовать многим правилам. Переедание плохо, поэтому каждый должен получать 
достаточное количество пищи и не больше. Но хуже всего, если чревоугодию 
предаются монахи. В сутрах говорится, что прием пищи напоминает прием лекарства,
которое призвано спасти нас от голода. Поэтому никогда не ешьте ради 
удовольствия. 
Путь состоит в том, чтобы не возноситься, как бы вы ни преуспевали в своих 
делах. Вы должны ложиться спать вечером и просыпаться утром. Это вполне 
естественно для человека. Не поступая таким образом, вы нарушаете принцип 
отрицания себя. Тот, кто забывает об этом принципе, не следует Пути. 
Устремляясь к удовольствию, вы отворачиваетесь от Пути. Когда вы даете другим 
легкие задачи, а сами решаете сложные, когда вы даете лучший кусок другим, а 
худший оставляете себе, вы отрицаете себя и выполняете свой долг. 
В наши дни люди поступают наперекор этим принципам и идут против Пути. Если 
встречается человек, который следует Пути, люди над ним смеются. Они завидуют 
ему и поэтому стараются сломить его дух. Мирские люди чаще всего ведут себя 
именно так. 
 
Радость и печаль 
Плач и громкий смех изменяют черты лица и приводят к потере невозмутимости. 
Радость и печаль приходят извне, затрагивают наши внутренние чувства, а затем 
проявляются в нашем поведении. Так, когда вы узнаете о смерти вашего сына, 
печальная весть приходит к вам от других. Она входит в вас через уши, 
затрагивает ваши чувства, и ваше лицо принимает скорбный вид. Напротив, когда 
вы слышите об удаче вашего сына, хорошая весть приходит к вам от других, 
проникает в вас через уши, затрагивает ваши чувства, и на лице у вас появляется 
улыбка. Ни радость, ни печаль не существуют внутри вас. Они приходят к вам 
извне. 
Когда радость или печаль заканчиваются, улыбка или скорбь уходит с вашего лица, 
и оно становится вполне обычным. Люди склонны видеть лишь различия, и не видят 
за ними постоянства. Человек, который знает постоянство невозмутимости, легко 
следует изменениям. Если бы радость и печаль проникали глубоко, они были бы 
неизменными. Однако они приходят и уходят неожиданно. Все эмоции мимолетны. Наш подлинный ум отражает их, как зеркало. Если в сознании преобладают отражения, 
вы имеете дело с мимолетным. Если же сознание становится чистым, подобно 
зеркалу, вы прикасаетесь к неизменному. 
 
Искусность 
 
Во всех своих действиях опытный человек не использует силу. Сила не требуется, 
если вы следуете принципу во всех своих действиях. Так, нанося противнику удар 
мечом, вы не используете физическую силу, каким бы тяжелым ни был ваш меч. Если 
бы исход поединка решала физическая, сила, сильные люди всегда побеждали бы 
слабых. Но напротив, сильные люди часто подчиняются слабым, потому что в 
действиях последних проявляется не только физическая сила. Вы можете научиться 
побеждать противника без меча. 
Когда во время полирования изделий из дерева, бамбука или драгоценных камней вы 
нажимаете на них слишком сильно, отполировать их хорошо невозможно. Когда же вы 
не так усердствуете и нажимаете на них слабее, работа идет лучше. Используя 
силу, вы лишь придаете им блеск, но не устраняете неровностей. Но если вы 
полируете легко, без нажима, даже неровности будут устранены. Этому принципу 
нужно следовать во всем. 
 
Книга подобна каплям сакэ 
 
В тринадцатом разделе «Чжуан-цзы», который озаглавлен «Путь неба», приводится 
следующая притча: 
Однажды император Хуань-гун (ок. 643 г. до н.э.) читал нараспев книгу в зале, а 
неподалеку тесал колесо колесных дел мастер. Отложив молоток и долото, мастер 
пошел в зал и спросил; 
— Осмелюсь задать вопрос, какие слова распевает государь? 
— Слова мудрецов, — ответил император. 
— Живы ли те мудрецы? 
— Уже умерли. 
— Значит, государь повторяет лишь отголоски тленных душ древних людей? — 
спросил мастер. 
— Как ты смеешь, колесных дел мастер, рассуждать о книге, которую я читаю? Если 
у тебя есть что сказать — говори, если нечего — ты умрешь! — воскликнул 
император. 
— Ваш слуга будет говорить о делах древних с точки зрения своего ремесла, — 
ответил мастер. — Если я работаю медленно, мне легко, но колесо получается 
непрочным. Если я спешу, мне тяжело и колесо плохо прилаживается. Но мои руки 
овладели мастерством, и теперь я не спешу и не медлю, а откликаюсь сердцем. Я 
не могу объяснить это, потому что секрет сокрыт у меня в руках и в сердце. Я не 
могу передать его своему сыну, равно как он не может научиться у меня. 
Оттого-то, проработав семь десятков лет, я все еще мастерю колеса. Что уж и 
говорить тогда о древних, которые жили много веков назад. Разве они могут 
передать вам свой секрет? Поэтому я говорю, что государь повторяет лишь 
отголоски тленных душ древних людей» (пер. Л. Д. Позднеевой). 
Слова в древней книге напоминают капли сакэ. Человек выпивает эти капли и 
говорит, что знает вкус сакэ. Многие читают книги, но мало кто понимает принцип.
Люди наших дачей, читающие предания о древних мудрецах, далеки от понимания. 
Все люди похожи 
 
В мире живет великое множество людей. Когда человек глубоко постигает свою 
природу, он понимает, что никто в этом мире не отличается от него самого. 
 
Познай самого себя 
 
Даже не познав своего тела и души, следует стремиться познать дух, ум Будды, 
божественную волю — все то, что выше и ниже нас. 
Конфуций Говорит: «Вы, которые еще не знаете о рождении, как вы можете знать о 
смерти? Вы, которые еще не познали себя, как вы можете познать природу злых 
духов?» 
 
Сравнение 
 
В «Лотосовой сутре» есть сравнения. Они используются для того, чтобы донести до 
людей истину. Образованный человек, умеющий в совершенстве мыслить логически, 
часто использует метафоры. Использование метафор подобно использованию слов для 
описания цветов, птиц, зверей при разговоре с людьми, которые их никогда не 
видели. Передать свои мысли невежественным людям трудно. Но когда вы 
показываете им изображение, они сразу понимают, о каких цветах, птицах и зверях 
идет речь. Метафору используются подобным образом. Люди легко понимают с 
помощью звуков и образов, но пока они не увидели и не услышали, они не верят в 
реальность сверхъестественных сил или проявлений божественного в человеке. 
Только просветленный человек видит все таким, какое оно есть. 
Люди видят вещи, когда они появляются, и говорят, что они существуют. С другой 
стороны, когда тело исчезает после смерти, они говорят, что его больше нет. 
Таким образом, рождение-и-смерть ограничивает понимание. Люди видят живых и не 
видят умерших. При этом они верят, что обо всем можно сказать одно из двух: оно 
либо существует, либо нет. Даже трехлетний ребенок может сказать это. Люди не 
знают, что перед рождением человека и после его смерти он пребывает в 
бесконечности. Однако они часто делаю умный вид, словно понимают это. В 
действительности же, они ничем не отличаются от трехлетних детей. 
 
Слава 
Стремиться к славе нехорошо. В идеале следует снискать себе славу, не
прилагая для этого усилий. Но все же лучше прославиться, приложив для этого 
усилия, чем не прославиться вообще. Нам редко удается достичь чего-нибудь без 
настойчивых поисков. Как правило, после длительных поисков человек 
разочаровывается и лишь после этого без усилий получает то, к чему стремился. 
В начале человек стремится понять, что есть Путь. Когда человек 
стремится к славе, его достоинство возрастает, и в конце концов он достигает 
цели. Люди чтут того, кто является человеком Пути. Искать честь означает искать 
Путь. Стремлением познать Путь не следует пренебрегать. Но стремиться к славе 
ради славы, без познания истины, нехорошо. 
Иногда говорят о гакуй и му-гакуй, что означает «получить квалификацию 
(степень)» и «выйти за пределы квалификации». Закончив учиться (гаку), человек 
выходит за пределы учебы (му-гаку). Из состояния учебы он переходит в состояние 
не-учебы, когда все порочные страсти уничтожены, а круг рождения-и-смерти 
разорван. Человек изучает буддизм, совершенствуется в своих познаниях и в конце 
концов выходит за пределы квалификации (му-гакуй). Достигнув многого, человек 
оказывается выше самих своих достижений. Такой человек не ищет ничего, но 
постигает всё. 
 
Одни день 
 
Проживая свою жизнь день за днем, человек теряет один вершок жизни за 
другим. Прожить один день означает потерять один вершок жизни. Прожить два дня 
означает потерять два вершка. Эго напоминает шаги овечки к тому месту, где ее 
разделывают на мясо. Время, отмеренное человеку, истекает очень быстро. Вы не 
успели оглянуться, а ваша жизнь уже приблизилась к концу. Тот, кто бережно 
расходует свои дни, поступает лучше, чем тот, кто проживает свою жизнь бездумно.
Первый подобен человеку, который мало ест и мало пьет. Второй же подобен 
человеку, который ест и пьет много, не осознавая, что тем самым он укорачивает 
себе жизнь. 
У всего есть предел. Добродетель человека также ограничена. Если 
человек выставляет свою добродетель напоказ, он быстро проживет свою жизнь. 
Если же он бережет свою добродетель и не поддается тщеславию, его добродетель 
существует долго. Древние мудрецы говорили: «Если вы желаете оставить потомкам 
славное имя, вы не должны есть досыта и носить теплую одежду». Теми немногими 
добродетелями, которые сохранились в нас, мы обязаны древним мудрецам. Разве не 
поэтому император Вэнь-ван династии Чжоу (1050-256 гг. до н.э.) правил лишь три 
года, а затем уступил трон своему сыну, Ву-вану? 
 
Причина, условие и следствие 
 
Все происходит в соответствии с причиной и условием. Мы не можем ожидать 
результатов в том случае, если у вас есть только причина. Причина — это лодка, 
условие — это попутный ветер. Следствие — прибытие на другой берег. Зерно — это 
причина. Человек, который сеет зерно в землю, — это условие. Даже если есть 
зерно, но никто его не посеял, ничто не вырастет. Если зерно не вырастет, мы не 
получим другие зерна. Но зерно дает всходы лишь при условии, что человек посеял 
его. Люди есть следствие кармических причин своей прошлой жизни, но если, при 
этом не выполнится условие, мудрость не проявится в их жизни. Они могут прожить 
жизнь в напрасном ожидании, когда выполнится условие. 
Шестой дзэнский патриарх Эно (Хуэй-нэн) поначалу был лесорубом на горе Лин-мань 
в Китае. Однажды, продавая дрова, он услышал, как женщина читает «Алмазную сутру». Слова «пробуди свой ум, не останавливая его нигде» глубоко врезались в его ум, и он постиг истину буддизма. Даже если причина постижения была в нем самом, если бы не условие — женщина, читавшая «Алмазную сутру», — он так и остался бы лесорубом на горе Лин-мань до конца своей жизни. С другой стороны, даже если бы было условие, но не было причины, чтение женщиной сутры ни к чему бы не привело. Тысячи слушали, как она читает, но только один человек, шестой патриарх дзэн, пережил просветление. 
Теперь вы видите, почему следствие не проявляется до тех пор, пока не сойдутся вместе причина и условие. Тот, кто мыслит медленно, чаще постигают тайну, чем тот, кто поспешен и своих выводах. Так происходит потому, что поспешные люди 
быстро уходят вперед, не останавливаясь для того, чтобы тщательно все взвесить. 
Медленный человек внимательно изучает принцип, останавливаясь на всех его 
аспектах. Быстрый человек делает много выводов, но редко глубоко понимает свои 
слова. Тот, кто бегает по лесу, стараясь собрать побольше орехов или грибов, не 
насобирает их много. Тот же, кто не суетится, насобирает больше. Желающий 
многого получит мало, а тот, кто готов довольствоваться малым, получит много.
 
 
ТАКУАН СОХО
comments: 0 »
ЗАДАТЬ ВОПРОС >>>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Comment

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>